Рост силы Игната открывает ему новый простор для развития. Тем временем Война Хаоса подходит к критической точке.
Сила переполняла его, погрузив в состояние нирваны. Ее было столько, что казалось, будто движением мизинца можно свернуть горы. Да какие там горы… целые миры!
И это была совсем не та обманчивая энергия Хаоса, что в любой момент норовит пожрать адепта, стоит потерять контроль. Нет, эта сила была покорной и отзывчивой. Только пожелай что-нибудь, и она сама найдет пути и достигнет цели. Сила, что обладала своим разумом. Хотелось укрыться ею, словно пуховым одеялом, и наслаждаться могуществом вечно…
Игнат открыл глаза и встряхнул головой, желая выбросить из нее липкие, как патока, образы. Кажется, еще немного, и он бы навсегда уснул в их приторной благости.
Он был прав, что не торопился с поглощением воспоминаний, полученных от убитого одержимого жреца. Информация, таящаяся в нем, несла в себе ловушку. Благо, после рывка в развитии этого было слишком мало, чтобы нанести вред.
— Ну и дрянь, — произнес он, поморщившись.
Кажется, звук собственного голоса немного помог прийти в себя. Наваждение потихоньку покидало разум, возвращая способность мыслить. Игнат сконцентрировался, собирая полученные крохи знаний, пока воспоминания были свежи.
Ранее он представлял себе богов лишь как суперсильных монстров. Позже, набивая шишки, начал понимать, что заблуждался. Боги были в иной плоскости бытия. Просмотренные только что воспоминания лишь доказали это.
Обладая опытом в работе с фрагментами памяти, Игнат сразу отсеял все ненужное. Наиболее ценным оказался момент, когда фанатик получил энергию от своего покровителя. Игнат сразу ощутил, насколько это отличается от его работы с Хаосом.
Энергия бога не требовала обуздания и труда, выполняя желания сама. Это было сродни настоящему чуду. Жрец бога не думал над сложным путем достижения цели. Он лишь желал, а энергия выполняла, будто сама обладала разумом.
— Почему будто, — произнес Игнат. — Она и была разумной. Возможно, бог — это и есть сама энергия.
Эта догадка многое объясняла. Например, как одержимый страж умудрился передать слова бога, будучи запертым в Кошмаре. Это говорил не сам Абалим, а его частица, несущая в себе мысли и желания источника.
Становились понятны и «игры» богов с верующими. Не имея физического носителя, бог, скорее всего, испытывал сложности с воплощением в реальном мире. Зато используя верующих как сосуды, действовать ему было куда проще. А учитывая разумность каждой крохи энергии, божество становилось по-настоящему вездесущим.
Игнат еще с полчаса обдумывал эту теорию. Разумеется, были и нестыковки с уже имеющейся информацией, но он все равно ощущал, что стал ближе к пониманию сути богов. Шаг за шагом он, словно кропотливый следопыт, познавал своего врага. Шаг за шагом приближался к цели.
«Дай мне еще немного времени, — подумал Игнат, глядя на оставленную божеством метку. — А я уж постараюсь не упустить свой шанс».
Если раньше хаосит даже при одной мысли о столкновении с настоящим божеством чувствовал лишь пустоту неопределенности, то сейчас у него появилась уверенность.
Многое дала встреча с Владыкой Перекрестка. Разумеется, это сверхсущество не спешило одарить Игната убер-артефактами и ответить на все вопросы. Кедров уже давно понял, что никто в мирах силы не разбежался помогать задаром.
Да, Владыка Перекрестка прояснил для него пару моментов, но куда больше человеку дало само созерцание этого существа и его силы. Это был бесценный опыт, который позволил после долгого застоя в развитии перешагнуть барьер. Игнат смог реализовать
Игнат ощутил тень страха от воспоминаний о прошедшем прорыве. Весь процесс слился в одну бесконечную агонию и борьбу за жизнь. В какой-то момент он понял, что разум медленно погружается в небытие.
Его воспоминания рассеивались одно за другим, оставляя после себя лишь пустоту. Это едва не ввергла хаосита в панику. Но именно когда от него осталось одно чистое сознание, наделенное лишь первобытным желанием жить, он начал бороться по-настоящему.
Сейчас при взгляде на себя в зеркало Игнату иногда думалось что «оттуда» вернулся совсем иной человек. Кто знает, может так и было? Словно желая убедиться, что произошедшее не сон, он в очередной раз применил на себя
