Вот теперь тело и вправду упокоилось. Больше в нем нет ни энергии, ни жизни. Хотя последней, как я вижу, в нем и так уже не было.
А теперь не дать разбежаться тараканам. И еще две стрелы находят свои цели.
Убираю арбалет обратно в сумку. Ножи в руки.
Внизу меня ждет семь тел, одно из которых мне нужно живым. Тут удобное место, чтобы поговорить с ним.
Через десять минут все было закончено. Стаскиваю все тела внутрь.
Труп этого скелета в человечьем обличье со стены снимать не стал. Только обыскал его и забрал деньги и амулеты.
Все. С телами покончил, остался главный. Скользкий тип, и такое ощущение, что его так просто не запугать.
Но делать нечего.
Приступаю. Включаю отморозка и зверя.
– Вставай, тварь.
Херана кто-то пинает по голове. Он собирается поплыть, но следует новый удар в живот. Каждый новый удар вызывает новую вспышку боли, которая и не дает свалиться в такое желанное беспамятство.
– Урод, я так могу хоть всю ночь, – кто-то рычит над его ухом.
И новая порция ударов.
Шпиону нужна хотя бы небольшая передышка, чтобы собраться с мыслями и заставить свое тело слушаться. Но этот прессинг сбивает всякий настрой.
Ему нужно время.
– Но вы ничего так и не спросили? – чуть ли не плача сипит он.
И ему даже не нужно притворяться, сопли и слезы и так залили его лицо, вместе с кровавой юшкой.
– Да? – несколько мгновений тишины, Херан только начал собираться, как новая порция ударов. – Так о чем же я хотел спросить?
И теперь бьют планомерно, будто стараясь так заставить себя вспомнить.
Только тут шпион понял, что попал в руки к самому плохому противнику и палачу. Ему не интересны вопросы и ответы на них. Ему доставляет удовольствие сам процесс.
Он даже не собирается ничего спрашивать.
Вот крошатся пальцы на его раздавленной руке. Вот он чувствует, как ему ломают колено и чуть ли не с мясом выбивают-вырывают коленную чашечку.
«Где вопросы?» – мечется в его голове. Он уже ревет, не скрывая своего страха и бессилия.
Это дикарь и зверь. Ему ничего не нужно и его ничего не интересует. Он видел его взгляд.
«Почему он выбрал именно меня?» – вот единственный правильный вопрос в его голове, но он мгновенно о нем забывает под новой волной боли и отчаяния.
– О, чуть не забыл, – вдруг раздается довольный и счастливый голос, в нем так и чувствуется желание того, чтобы Херан ничего ему не рассказывал, – где тайник, как его найти, что там лежит, какие ловушки?
И не успел даже ириец рта раскрыть, как его начинают избивать.
«Ему не нужен ответ», – в отчаянии думает он.
И тут он видит, как этот псих достает один из своих ножей.
– Ну, ты там, ты будешь отвечать? Я же жду, – и раздается довольный гогот.
А потом этот садист медленно и с наслаждением отрезает ему нос.
– Слишком он у тебя торчит, – комментирует тот свои действия.
И шпион, даже не осознавая этого, начинает говорить и про первый тайник, и про второй, и как их найти, и как они охраняются, он спешит рассказать все. Надежды у него нет.
Ему нужно просто чтобы этот садист убрался отсюда.
Он говорит и о тех тайниках, информация о которых попала в руки к нему случайно. Нескончаемый поток слов. В конце Херан захлебывается плачем, но все еще продолжает говорить. Он даже не понимает о чем.
Вдруг раздается совершенно спокойный и ровный голос, не похожий на тот неуравновешенный голос психа и садиста, что он слышал несколько мгновений назад.
– Так, говоришь, Ирия. Спасибо.
Контраст настолько силен, что это выбивает из колеи еще больше.
И шпион понимает, что это не они были охотниками, настоящий и единственный охотник сейчас наклонился над ним и резко воткнул свой кинжал в его шею, перерубая позвонки.
С напавшими на меня после допроса их главаря стало все более или менее понятно. Я случайная жертва, подвернувшаяся под руку. Я был не первый и был бы не последний. А вот с магом не понятно. Похоже, этот некромант, судя по путаным объяснениям главаря, проводил еще и жертвоприношения. Человеческие жертвоприношения. То-то от него так тянуло мертвечиной и тухлятиной.
Действовал же этот шпион против империи. Он сдал нескольких своих собратьев, которые работали на территории империи, а также достаточно много местных мелкопоместных князьков, возомнивших себя императорами. Но главное он сдал свои тайники, куда я сейчас и направлялся.
Они были в двух разных местах, но относительно недалеко друг от друга.
И уже через сорок минут у меня было дополнительно двадцать тысяч золотых и полно оружия, чтобы вооружить им маленькую армию.
Переложив все это в свою безразмерную сумку, я двинулся в Академию.
А потом мне предстоит навестить лордов Сейистов, которых тоже упомянул шпион. И он даже сказал, кто организовал те два покушения на Лейлу, от которых я ее уберег.
Полезный, в общем, у нас, получился разговор.
Подхожу к зданию Академии.
«Хм. Пришел все-таки», – подумал я и махнул мальчонке рукой, немного отойдя в сторону.
Когда он подошёл ко мне, я сказал:
