– Что тут произошло? – тихо и ошеломленно спросил Экос, глядя на остальных.
Все пораженно смотрели на идеально ровную поверхность, превратившуюся в стекло.
Рения присела на корточки и потрогала уже остывшую под морозом гладкую плоскость.
– Кто-то очень постарался, чтобы оттуда больше никто не вылез, – и она указала на видневшиеся вдали развалины.
– Но кто это мог быть? – спросил один из эльфаров. Хотя это был глупый вопрос.
В этом направлении ушел только один.
Хуман. Северянин. Степан.
Ее северянин.
– Ты жив, я знаю, – тихо произнесла девушка, хотя понимала, что выжить в тех условиях, что тут были несколько дней назад, невозможно.
Теперь становилось понятно, что послужило причиной столь сильного выброса магической энергии. Вот она, у них перед глазами – эта самая причина.
Но она упорно повторяла.
– Ты выжил. Ты не мог погибнуть.
Брат Селеи смотрел на нее грустным взглядом.
– Ты выжил. Я знаю. Ведь если тебя нет на этом свете, это не значит, что тебя нет в другом. Я верю, – тихо произнесла она. И поднялась.
– Если кто-то на заставе скажет, что Степан погиб, я его убью, – и она спокойно пошла в направлении не желающих подходить к этому страшному полю магической битвы животных.
«Ты жив. Я знаю это», – подумала Рения и забралась на своего грифона.
Чувствую сильнейший удар спиной обо что-то. Хочу приподняться и осмотреться.
– Лежи смирно, – вдруг слышу я чей-то приглушенный голос, откуда-то справа.
И потом.
– Майор, наши снабженцы опять ошиблись с точкой высадки и забросили пополнение прямо на минное поле. Выжил только этот. Остальные попали прямо к кадаврам.
– Тыловые идиоты, – это второй голос, – вырезать бы их всех.
Черт. Ну и куда это я попал на этот раз?
– Новичок, – слышу я все тот же первый голос, – ползи сюда. И не высовывайся. Пузом прижмись к самой земле. Не бойся испачкаться, жизнь, она дороже.
Мысленно киваю.
Лучше послушаться умного совета, пока не разберусь, что тут и к чему. И поэтому проползаю куда-то направо, как раз туда, откуда послышались команды, при этом чуть ли не зарываясь и не вгрызаясь в какую-то распаханную, пахнущую сыростью и прелой листвой землю.
Через несколько метров я сваливаюсь в обыкновенный окоп.
Офигеть.
Вокруг разлита магическая энергия, которой тут не меньше, чем в пустошах, но при этом везде, куда ни погляжу, нарыты какие-то окопы да стоит что-то похожее на блиндажи.
Осматриваюсь и приглядываюсь к тем, кто сейчас находится напротив меня. А там тесной группой сидят пятеро.
Два человека, два огра и один, по-моему, тролль, но очень невысокий, даже гораздо ниже чем Гром, хотя чуть покрупнее, конечно, все того же орка или огра.
Магов среди них нет.
Но они очень похожи на тех рейнджеров, что я встречал раньше на заставе и в Академии.
Все эти люди одеты в какую-то серую форму. Но это просто из-за темноты не очень понятен ее цвет.
А вот то, что она достаточно однотипная, я вполне уверенно могу сказать.
«Однотипная военная форма», – сразу приходит ассоциация на ум, особенно если посмотреть на то, где я оказался. Это явно какое-то поле боя.
Кроме того, поверх формы накинуты маскировочные плащи и под ними проглядывают доспехи.
Вижу мечи и ножи.
И у всех за плечами кроме всего этого висит еще и что-то напоминающее наши мушкетоны.
Однако именно они отдают магией огня, но очень слабо.
Хотя мне кажется, что магический отклик не сам по себе такой слабый, а будто бы он замаскирован.
– Молодец, – удивленно проговорил один из огров, тот самый первый голос, что я услышал, – послушался. Обычно до вас, столичных увальней, туго доходит.
И развернулся к троллю.
– Майор, – сказал он, – других я больше не вижу.
Тот кивнул в ответ.
После чего этот самый майор подсел ко мне поближе.
– Сколько вас еще должны перебросить? – тихо спросил он у меня.
– Я был последним, – прикинул я, что в портал, открытый из города гаалов, вылетел сюда уж точно последним.
– Вот тарк, – прорычал тролль, – и это, – он небрежно ткнул в меня пальцем, – все наше подкрепление? – А потом грустно уточнил: – Сколько вас хоть было?
Так, вспоминаю.
Я точно видел, что в портал прошла как минимум пара десятков тараканов.
Если местные восприняли их за свое подкрепление, то нужно называть адекватные цифры, схожие с тем, что могли посчитать и они сами.
Тут главное не спалиться, пока я не пойму, что происходит.
А то в такую пору, как война, легко и без головы остаться.
Примут за шпиона, дезертира или предателя. И никому ничего потом ты не докажешь.
Им главное сохранить сотни и тысячи, чем ошибиться в единицах. Так сказать, «по закону военного времени».
Был человек, и нет человека, а виновен он или нет, судьба потом рассудит.
Максимум скажут, «не повезло».
А поэтому отвечаю:
– Я видел около двадцати.
