“Эй! Если бы не я, то ни за что бы не выжили, когда Верас во мне впал в спячку! Забыла, что происходило со мной в последние годы? Я лишилась почти всех своих способностей, ослабела до человеческого уровня, начала чувствовать боль и даже часть памяти вместе с навыками заблокировалась вместе с Ириной! Да я даже потеряла свою интуицию, перестав чувствовать, когда в меня целятся через прицел, иначе бы меня ни за что не смогли бы подстрелить так просто ферментной пулей и транквилизаторами столько раз! Да я, черт побери, даже программу нормально написать не могла с первого раза и винтовку сразу починить! Верас во мне более-менее пробудился лишь за последнюю неделю, начиная с момента, как впервые вкусила кровь в этом времени. Я лишь порождение собственного разума, но именно из-за этой “переменной” человеческой части до сих пор жива! Лаврова оставила меня в самый тяжелый промежуток времени, превратив в жалкую человечишку! Да если бы не я, то Верас, потеряв цель в жизни, просто закрыла бы глаза, села в углу и больше никогда бы не поднималась, там и умерев! Ирина так и поступила, бросив меня! Да, я уязвима, и пока доминирую в сознании, то мне не доступны ни сверхспособности, ни особые умения! Но зато я обладаю волей и жаждой жизни в отличие от демонического слуги! И после всего этого еще саму себя спрашиваешь, почему не избавилась от своего внутреннего человека?!”
Вопрос снят. Личность Киры Вольной полезна, признаю.
“То-то же! Но надо бы уже заканчивать с этими разговорами самой с собой, а то чувствую, что шизофрения прогрессирует. Скоро мое “Я” превратится в наше “МЫ”, и тогда расслоение личности перейдет в раздвоение со всеми вытекающими отсюда последствиями...”
Если бы не обостренные реакции, постоянное ожидание подвоха и запредельная интуиция, то ни за что бы не увернулась от последующего выпада в мою сторону.
Острые когти на сложенных “клином” пальцах не пробили мою грудь насквозь, а лишь оцарапали, разрезая кожу и плоть до ребер с пугающей легкостью.
Я даже не почувствовала момента, когда Гаруда впервые за все время знакомства решил атаковать меня серьезно! Всего миг назад он стоял напротив с нечитаемым взглядом (как и всегда вообще-то), а сейчас я едва не оказалась проткнутой насквозь!
— Опа, — сказал он немного удивленно, проносясь мимо меня и полыхнув огоньками в глазницах. — Шустрая!
Я же усилием воли подавила в себе вспышку резкой боли и вцепилась в неуспевающего увернуться от меня промазавшегося мужчину, оказавшегося настолько близко, что просто преступно было этим не воспользоваться. Ладони цепко ухватили основания крыльев на лопатках, колено уперлось в спину, а вторая нога обхватила талию, прижимая к боку одну из его рук.
От наших тел поднялся прозрачный черных дым, когда наши ауры соприкоснулись и начали резонировать.
Не ожидавший Гаруда инстинктивно шарахнулся в сторону, но я уже крепко оседлала его, перемещаясь вместе с ним. Странно, но в этот момент время для меня будто замедлилось, и я смогла увидеть, что вспышка при помещении появляется, потому что в этот момент его духовное тело само превратилось в свет. Только после этого я на несколько секунд ослепла, а мою кожу, казалось, пропекло до появления хрустящей корочки. Но и от него я тоже чувствовала яркое чувство боли, потому что мои невидимые для меня когти глубоко вонзились ему под лопатки.
— Отпусти меня и слезь! — строгим тоном потребовал дух прежде, чем я додумалась вонзить ему в шею зубы. — Немедленно!
А я в полном недоумении почему-то мгновенно подчинилась и ослабила смертельные объятия, хотя у меня сейчас возник просто великолепный шанс если не убить, то серьезно покалечить эту тварь!
Удар локтем в живот. Резко распахнувшиеся все шесть крыльев, скидывающих меня со спины.
Умудряюсь не сбить дыхание и увернуться от сразу нескольких устремившихся ко мне лазерных лучей, но одно все равно задело мне стопу, серьезно опалив. Плохо. Теперь я точно не смогу от него никуда сбежать. Добегалась. Теперь он точно убьет меня на месте, не успею даже и шага сделать.
Но Гаруда по какой-то причине не спешил мстить за свое ранение, в тридцати метрах от меня изучая свою кровь на пальцах, которая, к слову, была насыщенного ярко-голубого цвета и вязкая, словно гуашь. Ярость постепенно утихала, хоть ему все еще хотелось порвать меня на лоскутки. Мгновенно ставшие вновь полностью голубыми, как его кровь, глаза посмотрели на меня со странным выражением, но взвившаяся за его спиной, опутывающая было повторно его тело, Тьма не спешила замещать собой все то светлое, что в нем появилось.
— Великолепная реакция, — по какой-то причине сдержано похвалил тот меня. — До сих пор никому даже царапины не удавалось мне нанести, а ты же сумела меня поймать. В тебе скрыт большой потенциал.
Я же в ответ лишь прищурилась, пытаясь разобраться по какой причине вдруг упустила такой шанс с ним покончить.
— Гадаешь, почему вдруг послушалась меня? — угадал мои мысли дух.
