— Конечно же да, — даже не стал отпираться. — Моя задача заключалась в том, чтобы уничтожить остатки выживших после чистки, дождаться восстановления планеты, а после всего этого пробудить отобранную корпорацией колонию людей, — огромные серые крылья вновь зашелестели, когда Сверх повел плечами, глядя на меня чудными глазами: — Мы с тобой оба созданы ради одной цели: срежиссированного Апокалипсиса, проходящего на условиях руководителей корпорации. Горстка избранных преодолеет шторм, но только не в Ковчеге, как в Библии, а под землей, в надежном убежище, охраняемом мною. В конце концов, пережившие Апокалипсис лучшие представители своего рода: инженеры, технологи, ученые, — вступят на очищенную землю, которую смогут переделать по своему вкусу. И вот тогда наступит Эпоха Рассвета цивилизации! Я создан, как Хранитель человечества. Я Хранитель всех их знаний и достижений, которые должен передать им и их потомкам. Ничто не будет утеряно. Не придется начинать строить свою цивилизацию с нуля, оставшись при своем, но все ресурсы земли будут принадлежать только им, — он сконфуженно хмыкнул, поднимая голову наверх: — Правда, после того, как сам сумею вернуться и, желательно, в тот момент времени, когда энергия в убежище не иссякнет, а планета уже будет пригодна для повторного заселения.
“И вот поэтому Гаруда совсем не обрадуется, когда обнаружит, что в его отсутствие планету приватизировали говорящие животные, — продублировала мои мысли Кира, еще больше высунувшись из подсознания. — Он будет для мохнатых совсем не Миром, а пламенным пожаром, заново выжигающим всю планету для своих хозяев. Кстати, ты заметила, что его свет действует наподобие ядерной вспышки? А если у него такая же чуйка, как и у Верасов (а она у него должна быть, раз он более совершенная версия нас), то от него нельзя будет скрыться ни под землей, ни под водой, ни в воздухе.”
— Иными словами, люди сами себе создали бога-покровителя, устав молиться пустоте, — покачала я головой. — И они так просто позволят собой помыкать даже такому могущественному созданию, как ты? Без каких-либо сдерживающих факторов и средств безопасности?
— Не сказать, чтобы я считал себя настоящим богом при жизни, — задумчиво протянул Гаруда, игнорируя оба моих вопроса, — но в Чистилище моя сила значительно возросла, а поглощенные способности открывают новые горизонты.
— И где же находятся последние люди на Земле? — спросила я, стараясь выглядеть как можно безразличнее.
“Нужно будет добраться до них раньше Гаруды и уничтожить. Кто знает, может быть, лишившись своей цели в жизни этот крылатый монстр не будет видеть смысла выжигать Анималию, потому что освобождать место станет просто не для кого, — в это время отдавала мне приказ Вольная, на который я ответила мысленным кивком. — Вот только на свой счет мне обольщаться не придется. И так ясно, что от меня и кучки пепла не останется.”
— Угу, как же, так я тебе и скажу, — фыркнул дух, видимо что-то заподозрив. — Ты жива и можешь в реальный мир вернуться, а я тут застрял. Если я создаю впечатление святой наивности, то не сильно обольщайся!
Ясно, придется искать самой... Если выберусь отсюда. Что он там говорил про то, что я еще жива и могу покинуть Чистилище? Как это выполнить?
— Но, честно говоря, я уже давно накопил энергии, которой с лихвой хватит для моего возвращения. Я могу воплотиться в реальности в любой момент. Просто ждал...
— Чего ждал?
— Забыл, — снова развел он руками.
Я удивленно уставилась на него, пытаясь понять, как вообще можно так наплевательски относиться к собственной памяти? Ведь я сама с этим никогда проблем не испытывала, хоть сейчас способная в подробности рассказать в мельчайших подробностях все, начиная к первых секунд моего осознания. А тут раз и “забыл”. И как он знания собирался остаткам человечества передавать с его-то провалами?
— Я что-то искал... — задумчиво забормотал себе под нос Гаруда, провокационно повернувшись ко мне спиной и отойдя в сторону: — Это что-то очень важное находится именно здесь, в Чистилище либо же в потоке душ... Настолько важное, что для этого мне потребовалась сила. Много силы... Я хотел это вернуть всеми возможными способами и потому копил силы все больше и больше, больше и больше... Просто прийти, забрать и вернуться обратно в мир живых, — положил ладонь на прорези для глаз, словно у него заболела голова: — Но чем больше я получал, тем больше терял. Я уже себя никогда не вспомню. А то, к чему я так стремился, стало неважным...
“На лицо все признаки передоза нейростимуляторами, — поделилась со мной своими наблюдениями Кира. — Вся память навсегда выжглась не только из мозга, но и из души. Хорошо, что я не довела себя до такого состояния, иначе со своей человеческой частью могла бы попрощаться окончательно!”
Порой мне приходится серьезно задумываться, почему я решила не избавляться от тебя, Кира. Ты сокрытая во мне переменная, превращающая жизнь окружающих в хаос!
