Несколько раз оборотень пытался заставить Мор повторить этот опыт, чтобы лучше отследить все стадии и усвоить что-нибудь новое для себя. Он отлавливал и травмировал проклятые души, но вылечить их у Мор не получалось, даже если старалась. Делала она это без желания, будто из-под палки, считая, что монстриков рациональнее добить, и ни он, ни Кира не смогли её переубедить. Именно в этом, по мнению демона пустынь, и заключалась основная проблема. Осознанно своими способностями демон пользоваться не умела, сколько бы Гаруда над ней не бился. Особенно, если они не касались напрямую стихии Разрушения. А выдаваемые спонтанно чудеса были настолько сложны в понимании и использовании, что пернатый просто диву ей давался.
Знания – это сила, и он давился от желания заполучить эту божественную силу в свое расположение.
Если его заклинания были похожи на несколько грубо связанных между собой пучков энергии, призванных уничтожить всё и вся именно так, как он их “запрогроммировал”, то Мор в бессознательном состоянии через память предыдущего воплощения могла сплести изящное, легкое и невероятно сложное аморфное кружево, действующее куда тоньше и незаметнее.
Гаруда в такие моменты иногда ощущал себя обычным пользователем, наблюдающим за работой профессионального программиста. Различия были только в том, что их программы были направлены на управление определенными процессами не в цифровом, а материальном мире, и основаны на законах физики, где вместо двоичного или четвертичного кода языком программирования выступали определенные типы энергии и химические реакции.
Именно поэтому, так называемая магия, в понимании Гаруды на самом деле оказалась не магией, а сложнейшей технологией.
А кто из них двоих разбирается в технологиях лучше всех? Уж точно не увлекавшийся до этого биологией, генетикой и биохимией древний дух, достигший всех своих возможностей методом тыка, потому что с физикой был не в ладах. Да и то, на практике оказалось, что свои знания он использовать может лишь на себя, меняя свой организм, как заблагорассудится, а вот создать живую клетку из набора элементов, пусть и знал как, но уж точно не своей “магией”. Управление фотонами, радиоволнами и тепловой энергией в этом плане абсолютно бесполезны. Но что делать с той, что отлично знает законы мироздания и умеет их использовать на практике, только с помощью громоздких и абсолютно лишних специализированных устройств? К чему эти “костыли”?
Потому у Мор осознанно ничего не выходит. Она привыкла полагаться не на свои паранормальные способности, а на проверенные методы. Потому и не старается, полагая, что от этого нет толку, не смотря на демонстрации Гаруды и громогласные заявления того, что живой организм и есть тот самый совершенный механизм, созданный самой природой. Та даже не хочет попытаться раскрыть все потенциалы органической машины.
И почему их способности не соответствуют их складу ума?
Хоть каким-то прогрессом Гаруда посчитал, что демон принялась пытаться взять бушующую в ней силу Хаоса под контроль.
Один раз, когда Война только начала постигать чудесную науку по управлению различными потоками энергии, то потеряла контроль над сконцентрированным меж когтей пучком Тьмы и Хаоса. Вырвавшийся на волю аналог гарудиного фаербола едва не задел вовремя втянувшего голову в плечи опешившего пернатого и разорвался в километре позади блондина с мощностью пятитонной водородной бомбы.
О, это выражение, застывшее во взгляде серафима, когда тот провел сравнение и осознал, что искаженная вариация его собственного умения оказалась пусть и медленной, но во много раз разрушительнее, хоть и потратила энергии Мор на создание сгустка не намного больше... Мда... Антиматерию что ли генерирует?
Кире было интересно слушать горячие споры этих двоих о сравнении магии и технологий, машин и человеческих тел; удивленное заключение, что несмотря на, казалось бы, абсолютно разный путь, в конце получается один результат... Но интересно было только первый месяц... А потом она начала откровенно скучать.
Вот тогда Гаруде и пришлось познать на своем опыте, что когда дитю (по сравнению с ним) скучно, то другим становится совершенно не весело.
— Каждый день одна и та же песня! У тебя пластинку заело что ли?! — бушевал самопровозглашенный солнечный бог, гневно раскрыв все три пары светло-серых крыльев, местами загоревшихся ярким белым огнем.
— Тише-тише, горячий парень! Чего ты разорался, как торговка на базаре?
Даже отсюда было слышно, как хрустят костяшек гневно сжавшихся в кулаки пальцев.
— Я ведь просто пою, вас не трогаю, так чего ты бесишься?
— Ну не одну и ту же песню каждый день по несколько раз на протяжении двух месяцев! — всплеснул руками дух Мира, скорбно поднимая голубые очи к Лете. — Как тебе самой не надоело?!
Это могло длиться вечно, но мы сами положили всему конец!
Возможно, этот мир обманул твои надежды, но это не оправдание.
Ты мог бы выбрать иной путь в этой жизни.
Просвистела Кира себе под нос, перекатываясь с носка на пятку.
