Вот теперь и вовсе стало не до шуток. При таком раскладе до холмов еще добираться и добираться, и к закату солнца можно и вовсе не успеть. Ничего себе, теплый приемчик на Земле!
Федор больше не задавал мальчишке вопросов, просто торопился за ним, и Таис тоже не отставала. Теперь, когда приходилось перепрыгивать, перескакивать, забираться и спускаться, ее уже не так донимал ветер. Она даже немного согрелась и окончательно пришла в себя.
Перестало дико пугать огромное небо – видимо, именно так и существовали люди на Земле, видимо, они просто привыкли к тому, что над головами у них бесконечность. Постепенно ноги приловчились находить опору в небольших уступах, руки – цепляться за холодный колючий металл. И теперь Таис занимало только одно – поскорее выбраться с бесконечной треклятой Свалки. Да еще терзало волнение о пропавшем Пушистике.
– Как тебя зовут? – спросил Федор.
Мальчишка обернулся, сверкнул зубами в довольной улыбке и крикнул:
– Вар. Меня зовут Вар.
Странное имя. Хотя, может, на Земле уже ничего не осталось нормального. Ничего нормального и ничего настоящего. Сплошные роботы, сплошные загадки.
– Почему тебе разрешают шастать тут одному? – снова крикнул Федор в спину мальчишке.
Тот остановился, перевел дыхание и уточнил:
– Что значит «разрешают шастать одному»? А микрочипы кто притащит? Взрослые сюда точно не сунутся, взрослым тут запрещено. На холмах стоят столбы с блокираторами, они не пускают сюда взрослых людей. Людям запрещено заходить за поселения без особых разрешений. А мне можно, я свой.
– Что значит «свой»? – не понял Федор.
Но мальчишка не стал отвечать. Развернулся и запрыгал вперед, смешно поджимая ноги, когда перескакивал с кучи на кучу. Долгое путешествие по Свалке продолжилось.
Таис уже начало казаться, что железные горы действительно бесконечны. Гудели ноги, саднили царапины на руках от острых металлических краев. Тоскливо ныл голодный желудок, и страшно хотелось пить. Скачущий впереди Вар и не заикался ни о еде, ни о питье. Несся вперед как заведенный, будто и не уставал, будто энергии в нем было хоть отбавляй.
– Прыткий мальчишка, – буркнул Федор, переводя дыхание и останавливаясь.
Таис тоже сделала остановку, но Вар тут же оглянулся, замахал руками и закричал:
– Давайте, давайте! Скоро тут будут глюченые, и всем будет конец!
От такой угрозы деваться было некуда, и пришлось снова пуститься вперед.
И вдруг за тремя здоровенными горами, рядом с которыми тяжело пыхтел невысокий кубический робот, аккуратно поднимающий сваленный хлам и складывающий его в стопки, Таис увидела что-то очень знакомое. Слишком родное и близкое. Она слезла с выступа, спустилась пониже и уставилась на поле, сплошь покрытое головами, руками, ногами и прочими белыми деталями донов-12 и донов-15. Кладбище старых роботов пугало своей величиной. Сколько же машин сюда свезли за ненадобностью! Сколько металла зря погубили! Сколько технологий!
А ведь это были неплохие машинки. Да и сейчас они еще очень хорошо служат на станции. Воспитывают детей, убирают, учат, кормят и защищают. Выполняют свои функции. А здесь, на Земле, от них давно уже избавились, оказывается.
– Ничего себе, – проговорил Федор, оглядывая горы металлических трупов.
– Я же вам говорил, – снова заулыбался Вар. – Это уже никому не нужное старье. Валяется тут, с них даже чипов не возьмешь, таких спаек теперь не делают.
Федор молча спустился в самый низ и зашагал по белым рукам и ногам. Качнулся, оглянулся и сказал:
– Они воевали. Их убили – всех. Почти всех. Туловища разнесены выстрелами, конечности оплавлены. Кто мог против них воевать? Может, люди?
– Теперь уже не узнаем, – проговорила Таис, ступая за ним.
– Нам в другую сторону, – закричал им в спины Вар.
Но остановиться не было сил. Словно завороженные, они с Федором ступали и ступали по железякам, и обоим казалось, что целая жизнь скрипит у них под ногами. По крайней мере, Таис так казалось.
Целая эпоха, навсегда утраченная, лежала теперь на Свалке, и ничего уже нельзя вернуть назад. Эпоха Робототехники, которая для людей закончилась навсегда. Хотя, по словам Вара, это как раз эпоха людей закончилась.
Поди теперь разберись со всем этим.
– Странно это, Федор, – тихо проговорила Таис.
– Да, – согласился он. – И мне это не нравится. Что-то мне, Тай, вообще не нравится Земля. А тебе?
Таис оглянулась на отставшего мальчишку, который махал руками, подзывая их к себе, и согласилась:
– Странно тут. Все какое-то ненастоящее.
– Вот именно. И мне так кажется. Ненастоящее и опасное. Будто какой-то подвох со всех сторон.
– Роботы опасны.
– И очень.
Они оба продолжали идти вперед. Таис теперь и сама не понимала зачем, но ее словно тянуло на горестное поле погибших андроидов. Словно здесь была похоронена какая-то важная часть ее жизни, что-то, что имело большое значение.
