Он так сильно походил на ребенка, что Таис временами забывала о его искусственном интеллекте. Вот и сейчас, когда Вар оглядывался на собравшихся у костра людей, в его больших темных глазах сквозила явная печаль. Уголки губ опускались, челка падала ниже бровей, проворные руки потирали плечи, словно ему зябко и неудобно. Ни дать ни взять – мальчишка, о чем-то грустящий.
Роботы не умеют грустить. Или все-таки умеют?
– Переживаешь за Молли? – уточнила Таис равнодушным голосом.
Ей ни капли не жаль было эту мерзавку. Это она привела роботов. Наверняка двинулась на Свалку и передала информацию.
– Нет, за ее хозяйку. Она сильно расстроится, когда девочка не вернется, – просто ответил Вар и пнул ногой воду, поднимая тучи брызг. Потом повернулся к Таис и с потрясающим спокойствием сообщил: – У меня в голове тоже есть задача следить за людьми, систематизировать и анализировать информацию и докладывать синтетикам, но она вступает в конфликт с базовым приоритетом, и поэтому я ее не выполняю. А базовый приоритет – любовь к людям.
– Роботы не умеют любить, – фыркнула Таис.
– Выходит, могут, – без тени сомнения в голосе сообщил Вар. – Я хотел бы быть человеком и стать наконец взрослым. Но не могу. Но могу хотя бы поступать как люди. Вот люди, например, выручают друг друга, как ты меня выручила. Я собираю стереотипы поведения людей и пытаюсь им следовать.
Таис чуть не поперхнулась водой, которую пила из металлической бутылки. Вытерла губы, посмотрела на Вара и вдруг на мгновение, на какой-то миг почувствовала стыд.
Это Вар зря так делает, он, видимо, слишком мало знает людей. Кого он встречал в своей жизни? Профессора, который его любил, как сына? За профессором вполне можно следовать. Григория и Надю с чипами в головах? Потерянных и угнетенных? Так их и Таис с Федором не знают толком. Тайку, которая спасла его?
– Люди не хорошие, – мрачно ответила наивному роботу Таис, поставила бутылку с водой и поднялась. Подобралась к самой кромке прибоя и встала совсем близко от Вара.
В нескольких шагах от костра глаза стали потихоньку привыкать к темноте, и тихие плещущиеся волны показались жирной маслянистой жидкостью. В них не отражались ни звезды, ни луна – все закрывали наступающие скалы.
Таис наклонилась, опустила обожженную руку в благодатную прохладу, потом помахала ею, разметая капли.
– Был бы у тебя чип, все зажило бы гораздо быстрее, – равнодушным голосом заметил Вар.
Сказал просто так, подкинул мысль для размышлений. Таис только дернула плечом. Понятно, что сейчас самое время для того же Григория задуматься о том, как он будет жить сам по себе, без помощи универсальных технологий.
Но для Таис этот вопрос был давно решен. Да, свобода требует ответственности, требует самостоятельных решений. И временами решать самой – это мучительно больно, и за свои решения приходится платить. Ожогами на руках в том числе. Или почти зажившими шрамами на плечах.
Но Таис так выросла, она давным-давно научилась рассчитывать только на себя. И может, совсем немного – на Федора. Потому она лишь улыбнулась в ответ на замечание Вара.
Робот, который хотел быть человеком… Это само по себе странно, и Таис еще и потому зашла в воду, что ей захотелось побыть рядом с ним, присмотреться к нему. Иногда, очень и очень редко, ей приходили в голову глупые мысли. Вдруг Вар просто заколдован? Это колдовское наваждение, а на самом деле он самый обычный мальчик?
Такие мысли быстро исчезали, потому что светящиеся ладошки, умные рассуждения, быстро заживающие раны и главное – голографические кубы, которые Вар создавал с потрясающей легкостью, – все это не вызывало сомнений. Вар был роботом.
И это значило, что люди научились создавать искусственных людей. Почти людей, практически настоящих людей. Вот как теперь относиться к Вару? Принять его способность чувствовать и переживать? Или он все же обслуживающая машина, с которой считаются ровно настолько, насколько она представляет ценность и нужность?
Вот мальчика Вара надо было бы оберегать, помогать ему, даже если бы он не умел делать всю сложную домашнюю работу, не умел ловко ловить рыбу, не знал все пути-дороги на Свалке и вообще был бы глупым и бестолковым.
Ну, по правилам. Люди всегда поступают так.
Например, когда жили в заброшенных базах на Нижнем уровне, то Вовика, Ромку и Кристинку кормили, одевали и оберегали, несмотря на то что все трое были сопливыми и глупыми болванами. Разве что Кристинка имела немного мозгов. Потому что они люди. Люди ценнее роботов.
А Вар – не человек. Но он – просто сокровище. Он все умеет, все знает, принимает верные решения. Да с ним просто поговорить – и то интересно. И не липнет, как бестолковая Молли, не хлопает ресницами. Идеальный человек. Идеальный ребенок.
Таис поморщилась. Все это было сложно и запутанно.
