Встал. Переместился к краю станка, пристроил карабин на угол станины и, опустившись на колено, глянул в окошко прицела. Лазерный дальномер упёрся в боковую стойку стола и показал расстояние: 3,60 м.
«Не пойдёт».
Встал. Сменил позицию, присел, посмотрел в прицел… Увидел тот же стол, немного с другого ракурса.
«Тоже нет».
Встал. Перешёл…
– Задолбал! – рявкнула Джул. – Алекс, угомонись уже! Отвлекаешь!
Я успокоился, но ненадолго: слух различил знакомое нытьё дверных приводов.
«Началось», – всплыла невесёлая мысль, и меня заколотило сильнее.
Ладони вспотели, воздуха перестало хватать, в желудке разлилась неприятная тяжесть. Но решение не сдаваться только окрепло. Правда, не очень уверен, что в условиях реального боя меня хватит надолго. Поэтому всё-таки лучше сбежать.
– Джул, ну ты скоро…
Договорить мне не дал противный механический голос, раздавшийся у самого уха.
– Показатели организма приближаются к значениям боевого стресса. Если предполагается огневой контакт, скажите «один», рукопашная схватка – «два», прочие ситуации – «три». Если ситуация не связана с боевыми действиями, скажите «отмена». У вас пять секунд на ответ…
– Скажите один?! – выдавил я, остолбенев от изумления.
– Ответ принят. Провожу анализ…
– Да стой ты! Отмена! Отмена!
– Разблокирован протокол «Красный». Активирую резервы организма. Команда на ввод боевых стимуляторов…
– Ай!
В шею кольнуло комариком, я дёрнулся, машинально прихлопнул место укола. Ладонь наткнулась на жёсткий привод аптечки.
Что мне вкололи, не знал, но буквально через несколько секунд я почувствовал себя лучше. В том смысле, что перестало трясти, сердце заработало ровно и мощно, в голове прояснилось. Тяга к бегству пропала, от панического настроения не осталось следа.
Ещё через четверть минуты мне стало совсем хорошо. Грудь распирало так, что жилет показался тесным. Сердце уже не просто работало – качало с ритмом поршневого насоса. Кровь застучала в висках. Мышцы налились мощью, которая требовала немедленного применения.
Меня охватил пьяный кураж, и я перестал понимать, зачем мы здесь спрятались.
И действительно, боимся кого? У меня на плечах «Зомбокиллер» – говорящая супер-защита. В руках ледяной карабин IceStorm с индексом 300. Пусть боятся меня!
И хрен знает, что там творили берсерки под мухоморами, но я таких берсерков сейчас с десяток порву. А троицу в белом уделаю за минуту.
Можете засекать.
Я распрямился сжатой на время пружиной, дёрнул затвор и пошёл на прорыв.
– Стой придурок, куда… – прилетел в спину голос Джул.
Но я уже не слушал, не слышал, а зрение вообще свернулось в тоннель. Важна была только цель – дверь в сектор Т. И она уже открывалась.
В щель протиснулся первый белый. Следом второй. Развернулись, ткнули автоматами в углы помещения, отсекая мёртвые зоны. Меня пока не заметили.
Сколько до них? Пятьдесят?
Я глянул в прицел – оказалось чуть больше – передвинул флажок на нужную риску, вскинул IceStorm и нажал на крючок.
Грохнуло, из ствола вырвался язык синего пламени, в плечо толкнула отдача. И первого белого отшвырнуло к стене с отметинами попаданий картечи на униформе. Грохнуло громче, и спецназера разорвало на куски.
Третий прянул назад, технично спрятался за косяк. Второй шарахнулся в сторону, уходя с линии поражения, в развороте вскинул автомат.
– Да куда ты… – процедил я сквозь зубы, довёл карабин и придавил спусковой крючок.
Полыхнула синим дульная вспышка. Громыхнул ледяной взрыв. Стены снова заляпало красным.
Убийство двух человек ни малейших эмоций не вызвало. Разве что удовлетворение хорошей работой. Ненужные рефлексии сдерживал боевой стимулятор.
Из-за косяка высунулась банка глушителя, автомат плюнул огнём, над головой свистнули пули. Я ответил на подавление и загнал третьего белого обратно за угол. Тот снова высунулся. Выстрелил. Свистнуло. В районе трицепса царапнуло левую руку.
– Гля. Задолбал.
Растягивать огневую дуэль в планах не значилось, я достал зиро-гранату. Припомнил уроки Джул и сделал, как научили. Откинул, нажал и метнул. Синий цилиндр улетел по плавной дуге, стукнулся о косяк. Зазвенело стекло. Дохнуло свежестью морозного утра. С льдистым хрустом вспухло лазурное облако, стены покрылись инеем. А из-за угла снова показался противник. Белее первого снега.
Я вскинул карабин, прицелился. И снял палец со спускового крючка – стрелять смысла не было. Третий белый покачнулся застывшей сосулькой, жахнулся о пол и разлетелся на куски красного льда.
Вот и всё – Алекс win. Управился за минуту, как и рассчитывал, но останавливаться не собирался. Аппетит пришёл во время еды. Там дальше ещё семеро белых, и с ними надо кончать. Причину такого решения объяснить сейчас бы не смог, но был чётко уверен, что надо.
– Выявлено касательное ранение левой верхней конечности. Повреждение мягких тканей. Кровопотеря без угрозы для жизни, – между прочим сообщил говорящий жилет, что я воспринял как само собой разумеющееся. – Активирован протокол «Медик». Команда на ввод гемостатика. Команда на ввод антибиотика. Команда на репарацию раны.