— Спасибо за подробный ответ, — проговорила я. — Ладно, не буду вас больше беспокоить, простите, что отвлекла своими расспросами. Видимо, и правда произошла ошибка…
— Ничего страшного, бывает, — сказала женщина. — Всего вам хорошего.
Я покинула квартиру Фирсовых, так как поняла, что даже если жена Павла и знает что-то о Карине, говорить об этом она мне не собирается. Единственное, что можно было сделать, это поехать в университет, где работал Фирсов, и поговорить там с самим преподавателем.
Рудовская не интересовалась, куда мы едем и зачем, — только молча читала свой роман. Она одолела уже больше половины книги, и я не сомневалась, что вскоре писательница прочтет ее полностью.
Я припарковала машину возле Тарасовского государственного университета, охраннику на вахте сообщила, что мне нужен Павел Фирсов. Охранник потребовал мой паспорт, записал данные в толстую книгу и пропустил.
— Поднимайтесь на третий этаж, аудитория триста двенадцать, — проговорил он.
Я поблагодарила и отправилась на поиски преподавателя.
Было почти четыре часа дня, судя по всему, сейчас шла то ли четвертая, то ли пятая пара. Я посмотрела на расписание — скоро закончится четвертая. Если Фирсов ведет занятие, у меня есть возможность побеседовать с ним на перемене. Десяти минут, конечно, маловато, но лучше, чем совсем ничего.
Я подошла к триста двенадцатой аудитории, прислушалась. За дверью стояла тишина, непохоже, чтобы Фирсов читал лекцию или опрашивал студентов.
Я постучалась, но мне не ответили. Я толкнула дверь, зашла в кабинет.
Аудитория оказалась довольно внушительного размера, но все стулья пустовали. Не было никого и за преподавательским столом. Зато как раз позади стола я приметила белую дверь, которая была приоткрыта.
Я постучалась, остановилась, ожидая ответа.
— Да, войдите! — услышала я недовольный мужской голос.
Повезло — Фирсов никуда не ушел, находится в аудитории.
Я зашла в помещение, оказавшееся маленьким кабинетом, оборудованным письменным столом с компьютером и стулом. Больше никакой мебели в помещении не было, похоже, кабинет использовался исключительно для того, чтобы работать во внеучебное время.
За столом сидел мужчина, одетый в серый свитер и джинсы, и что-то набирал на клавиатуре. Фирсов был худощавым, с длинным носом и худым лицом. На меня он посмотрел с раздражением.
— Вы по какому вопросу? — спросил он меня. — Вы студентка? Простите, я вас не помню…
— Нет, я не студентка, — покачала головой я. — Меня зовут Женя, и вопрос к вам у меня сугубо личного характера.
— Да? — удивился Фирсов. — Весьма необычно, с личными вопросами ко мне здесь люди не подходят…
— Шестнадцать лет назад, когда вы были студентом, вы были близко знакомы с одной девушкой, Майей Рудовской, — начала я, внимательно наблюдая за реакцией преподавателя. — Помните такую?
Павел наморщил лоб и задумался. Потом проговорил:
— Вроде что-то знакомое, Рудовская… А, точно, вы про Майку говорите! Ну да, общались мы недолгое время…
— Вы весьма тесно с ней общались, — заметила я. — Настолько, что Рудовская потом забеременела и родила от вас ребенка!
— В смысле — родила? — изумился Павел. — Вы в своем уме? Она аборт сделала, я же ей деньги на это дал! Вы вообще кто такая?!
— Я знакомая Майи, — пояснила я. — А вашу дочь зовут Карина. Вот…
Я открыла фотографию Карины, которую переслала по моей просьбе Майя, показала ее Фирсову.
Тот внимательно посмотрел на снимок.
— Это Карина, — пояснила я. — Вы наверняка ее знаете. У меня есть основания полагать, что девочка общается со своим настоящим отцом. Когда Карина вас разыскала?
— Вы бредите! — воскликнул Фирсов. — Я знать не знаю никакой Карины, с Майей мы давно расстались, и ребенка у нее быть не должно, так как я сам дал ей денег на аборт! Я не собирался на Рудовской жениться, это было так, минутное недоразумение, и ребенок в мои планы не входил! Вы это понимаете?
— Допустим, — проговорила я. — Но эту девочку вы где-нибудь видели? Может, она не вашей дочерью представлялась, а еще как-то…
— Я впервые ее вижу сейчас, на экране вашего смартфона! — взбесился Фирсов. — А теперь я бы хотел, чтобы вы закрыли дверь с обратной стороны, мне нужно работать над моей диссертацией!
— Подождет ваша диссертация, ничего с ней не будет, — холодно проговорила я. — Если не будете отвечать на мои вопросы, придется сделать тест ДНК, который непременно докажет, что Карина — ваша дочь. И с этим тестом я приду к вашей жене, и посмотрим, что она вам скажет. Генетический материал добыть не проблема, так что не думайте, что меня остановят маленькие трудности. Так что, вы готовы со мной откровенно побеседовать?
— Что вам надо? — устало спросил Фирсов.
— Вам известно, чем сейчас занимается Майя Рудовская? — спросила я.
— Нет, говорю же, я с ней очень давно общался, прошло уже много лет с момента нашего знакомства.
— Как, вы не знаете, что она — знаменитая писательница? — удивилась я.
— Я не читаю современную художественную литературу, меня интересуют только научные труды.
— А откуда вы тогда знаете, что Рудовская написала художественное произведение? — усмехнулась я.
