За несколько месяцев до переезда в дом N66 на Колледж-стрит, где-то 11 марта, Лавкрафт предпринял поездку в Хартфорд (Коннектикут) - ради того, что в одном письме было названо "изысканиями, которые один клиент проводил в тамошней библиотеке". И снова Лавкрафт уклоничив, и снова причина была связана с его бывшей женой; и это был последний раз, когда они с Соней лично встретились друг с другом. По возвращении из Европы Соня посетила пригороды Хартфорда, Фармингтон и Уэзерсфилд; она была столь очарована здешними колониальными памятниками, что написала Лавкрафту, предложив ему присоединиться к ней. Он согласился, проводя там полные сутки.
Тем же вечером, прежде чем расстаться ночь, Соня спросила: "Говард, разве вы не поцелуете меня на сон грядущий?" Лавкрафт ответил: "Нет, лучше не стоит". На следующее утро они отправились осматривать Хартфорд, а вечером, когда прощались друг с другом, Соня уже не просила ее поцеловать. Они никогда больше не виделись и, насколько я могу судить, не переписывались.
Жизнь в новом доме N66 на Колледж-стрит буквально началась не с той ноги - 14 июня Энни, спеша открыть кому-то дверь, упала с лестницы и сломала лодыжку. Она провела четыре недели в гипсе в больнице Род-Айленда, а, вернувшись домой 5 июля, по сути оказалась прикована к постели - и ей требовалась сиделка; гипс был снят 3 августа, но даже осенью Энни по-прежнему требовались костыли. Похоже, она толком не оправилась от травмы до следующей весны. Все это никак не улучшало общее финансовое положение, и в момент отчаяния Лавкрафт бросает неосторожное замечание, что "финансовая нагрузка в сложившейся ситуации совершенно для нас разорительна!"
Бывали, правда, и приятные моменты. 30 июня неугомонный Э. Гоффман Прайс нанес Лавкрафту визит (четырехдневный) в ходе своей автомобильной поездки по стране на "Форде" 1928 г. выпуска, который Лавкрафт окрестил "Джаггернаутом". Этот удобный автомобиль позволил Лавкрафту посетить те части родного штата, где он прежде не бывал, - в частности, так называемую Территорию Наррагансетов или Южное Графство, сельскую местность на западной и южной стороне залива Наррагансет, где в колониальный период существовали настоящие плантации, похожие на южные.
В некоторых развлечениях принимал участие Гарри Бробст. Среди них было полуночное собрание на кладбище Св. Иоанна и дегустация индийского карри, приготовленного Прайсом, - первый раз, когда Лавкрафт попробовал это блюдо. На протяжении месяцев они вдвоем в письмах обсуждали правильный рецепт этого блюда, а, когда пришло время реально его готовить, повели себя как безумные ученые, стряпающие некое несказанное, зловещее варево. Бробст, однако, сделал бестактность, принеся упаковку пива. Прайс в своей биографии утверждает, что к тому времени пиво стало легальным, однако в действительности этого не произойдет до конца года; правда, отмена 18-й поправки была неизбежна, и никто не боялся полиции. Однако Лавкрафт, похоже, никогда раньше не видел такого количества алкоголя. Давайте дадим слово Прайсу:
"И что", - спросил он с любопытством ученого, - "вы собираетесь сделать с таким его количеством?"
"Выпить", - сказал Бробст. - "Всего по три бутылки на каждого".
Я никогда не забуду взгляда ГФЛ, полного недоверия... И он наблюдал за нами с нескрываемым любопытством и легкой тревогой, пока мы распивали свои три бутылки на каждого. Я уверен, что он сделал в своем дневнике подробную запись, чтобы увековечить этот странный для него трюк.
Еще один занятный случай произошел, когда Лавкрафт, поддавшись безжалостной настойчивости Прайса, отвел его в знаменитый ресторан морепродуктов в Потуксете полакомиться моллюсками. Прайс знал об отвращении Лавкрафта к дарам моря и должен был предугадать его реакцию: "Пока вы пожираете эту богом проклятую дрянь, я перейду через улицу и съем сэндвич. Пожалуйста, извините меня". Ниже Прайс говорит, что подобные ругательства приберегались для "особо торжественных случаев".
Фрэнк Лонг и его родители снова взяли Лавкрафта с собой на выходные в Онсет в конце июля, а Джеймс Ф. Мортон гостил у него с 31 июля до 2 августа. Энергия была потрачена на долгие сельские прогулки и морскую поездку в Ньюпорт, где они вдвоем посидели на скалах, на которых за два столетия до того посиживал Джордж Беркли [философ-спиритуалист XVIII века - прим.переводчика].
Третье и последнее путешествие Лавкрафта в Квебек случилось в начале сентября, когда Энни сделала Лавкрафту запоздалый подарок на день рождения, на неделю освободив его от ухода за ней. Накануне отъезда он посетил Кука в Бостоне (2 сентября), а затем втиснул, сколько смог, в следующие четыре дня, заново осмотрев все достопримечательности, с которыми познакомился во время двух предыдущих визитов. Лавкрафт также сумел на день заглянуть в Монреаль, который нашел привлекательным, пускай и полностью современным.
