Эта была не та миссис Кач, которую шеф застал два дня назад. Пепельно-жёлтые кудрявые волосы были уложены с хорошим вкусом. Светлый льняной костюм в тонкую оранжевую полоску выравнивал огрехи фигуры, а золотые браслеты на запястьях окончательно придавали Джуд Кач вид свободного человека, зашедшего на вечерний коктейль в старинный отель у океана. Напротив женщины, с трудом закинув ногу на ногу, расположился хозяин этого места. Директор. Обрюзгший, способный мимикрировать под любую мораль, дающую ему возможность спокойно жить. Вбирая больше, чем отдавая. Этот дисбаланс касался всего. Любви, пищи, тепла, тела.
– Не могу представить Вас снова в робе. Даже успели покрасить волосы.
– Заметили? Впрочем, это ваша профессия быть начеку… и всё замечать. Я оставила полоску. Совсем не забыться.
Взгляд Джуд остановился на букете белых цветов на столе.
– Цветы… Спасибо. Я благодарна.
– Это ваш сын, Вы знаете.
– Знаю. Но благодарна Вам. Сейчас Вы со мной, а не он. Что будем пить? Мне позволено вино?
– Да, можем даже выпить по бокалу шампанского. Они не рекомендовали алкоголь. Но я хозяин… Мне позвонили. Сказали, что сделка состоялась. Они нашли.
– Вы думаете, двести кило повлияют на досрочное освобождение?
– Принесите шампанское! – чуть повысив голос, попросил директор. – Откровенно, я слабо в это верю. Ещё семь лет, и это забудется. Сменятся люди, принимавшие это решение. Но я сделаю всё, что могу.
– Я думаю так же!
– Почему Пинаклс? Далековато от вас.
– Красивое место. Мой первый муж, Гордон. Это его тайник. Потом мы им пользовались.
– Я помню, что вашего первого мужа звали Джек Нас, разве не так?
– Возможно. Их было слишком много. Легко запутаться даже мне.
Охранник, поверх формы которого был надет фартук, принёс бутылку игристого и разлил искрящееся вино по бокалам.
– Тони идёт прислуживать. Он как будто родился лакеем, – женщина сказала это громко, чтобы охранник услышал. Тот со злостью посмотрел на Джуд, доливая вино в бокал. Но в этой злости было прощение. Она не была яростной. Как будто… Её взгляд был сильнее.
– Не обостряйте. Считайте, мы ведем переговоры. Уважайте врага, если считаете нас таковыми.
– Это океан. И платье. Показалось, что…
– Свободны?
– Да.
– Показалось. Отличное игристое. Тони, что это?
– Не знаю, сэр. Наверное, шампанское. Это привез француз.
– Покажи мне бутылку.
Охранник промокнул влажную и холодную бутылку салфеткой и поднёс к столу.
– Первый раз вижу. Можно сломать мозг об эти французские названия. Но ничего не скажешь, хорошо. А вот и шеф!
«Если он есть, этот мозг», – подумала женщина, но не сказала вслух. Он умела вести переговоры и знала свою цель на этот вечер.
Белая двубортная куртка, отороченная лиловым кантом. Серебряные пуговицы и колпак, спорящий высотой с цилиндрами джентльменов Прекрасной эпохи. Шеф придал вечеру окончательный вид очаровательного забытья.
– Спасибо. Я была несправедлива к Вам, – обратилась Джуд к Клоду Саджеру.
Он казался эталоном человека на фоне директора. Шеф улыбнулся и чуть кивнул головой в ответ комплименту.
– Так что? Кролик! Где этот парень, из-за которого все собрались? – вполне серьёзно сказал директор.
– Не так быстро, месье. Вам придется разогреть свое желание. До кролика у нас будет три подачи. Они небольшие, и скорее являются не едой. Приквелами к основному блюду.
– Приквелы? – не поняла женщина.
– Геймерское, – пояснил директор тюрьмы.
