А рыба была, правда, немного. В основном щука. Была и сёмга. Очень сильная рыба! Одну я вытащил, а одну упустил – захватив блесну, она ушла под лодку, спиннинг изогнулся в дугу и я чуть не перевернулся – пришлось обрезать леску. На круг мы поймали всего 6 сёмг весом до 3-х кг каждая. Засаливали. Потом разделили поровну. А медведя мы видели. Он убегал в лес от воды, когда мы вышли из очередного поворота. Наверно пил воду, а мы его спугнули.
После перевала плыть стало гораздо легче – по течению! Ближе к морю тайга кончилась, пошли заливные луга, попадались большие лодки, загруженные сеном, комаров стало гораздо меньше и они стали помельче. Погода стояла хорошая, тепло, впервые появилась возможность позагорать.
5-го августа мы вышли к морю! Высушили лодки, палатки и одежду. До пристани, где делает остановку пассажирский пароход на Архангельск, 25 км. Решили не рисковать. Наняли у рыбаков небольшой баркас с мотором и груз отправили морем, а сами решили идти пешком по береговому песку, который после отлива очень плотный – по нему в это время даже могут ездить грузовики. Из деревни, где мы переночевали, вышли часов в 5 утра, сразу после отлива.
Солнечное тихое утро, деревня спит. Обратил внимание, что двери хат и ворота не закрыты и отсутствуют замки. Полусонные собаки молча провожают нас взглядами. Ни одна не гавкнула. И тут я случайно наступил правой ногой на какую-то деревяшку с ржавым гвоздём. Он впился мне в пятку! Чувствую, что полилась кровь, но останавливаться было нельзя, т.к. до прилива оставалось 6 часов, а впереди 25 км. Вскоре кровь перестала литься, и я прошел благополучно весь путь хромая, т.к. наступать на пятку было невозможно.
По дороге нам встретились две рыбацкие избушки – тони. Они были не закрыты, пустые, рыбаки, наверно, были в море. Печки ещё были теплые и в каждой, на печке стояла в огромных кастрюлях свежая тёплая уха из красной рыбы. Давно мы так вкусно не ели! Оставили им немного денег и благодарность в записке.
Далее всё просто – пароход до Архангельска, поезд и Москва. На работу мы все вышли без опоздания.
Подвел итоги: 1. Я похудел за отпуск на 6 кг. 2. Во что бы то ни стало надо научиться стрелять из ружья. 3. Надо бросить байдарочный спорт и, после того, как научусь стрелять, переключиться на охоту.
2.3.4.2 Работа и спортивные успехи. Серьёзные жизненные коллизии. Вступление в ряды партии большевиков-ленинцев.
Только через месяц я смог в полную силу начать плодотворно работать после полученной в отпуске «шоковой терапии». Продолжил совершенствование частных алгоритмов и к июлю 1967 года была выпущена и подписана Цепиловым вторая редакция алгоритма блока БН. Параллельно боевые программисты продолжали причесывать свои блоки и отправлять их на полигон. Там требовался им в помощь теоретик и Цепилов вытолкнул туда меня в начале июля 67 года.
Советский народ готовился праздновать 50-ти летие «Великой Октябрьской Социалистической революции» и Цепилов предложил мне вступить в партию, что я и сделал. Рекомендации дали он и К.Н. Поляков, заместитель начальника СБ, полковник, умнейший человек, огромный детина, яркий представитель русского народа.
До этого произошли два важных события. 1. Профком выделил на СБ 2 места на вступление в садоводческое товарищество и 2. Узнал, что на предприятии существует спортивная секция стендовой стрельбы.
По первому событию. Посоветовался с отцом. Он сказал, что немедленно надо подавать заявление и что строить дом он будет сам. На материал у них с «матерью» – так он всегда называл мою маму, деньги у них есть – 750 рублей! Не покупать же! В то время однокомнатный щитовой домик стоил около 900 р., а двухкомнатный – 1300. Фундамент он будет делать сам, опыт у него есть.
У нас с Зиной никаких накоплений не было, жили на одну нашу зарплату, и тёща ещё подбрасывала – жили-то одной семьёй. Впрочем, с деньгами у меня было просто – всю зарплату я отдавал Зине, в кармане больше десятки (заначка!) у меня не было. Не шиковали, конечно, но и не нуждались. Ездили с ребёнком к морю: Сочи (63 г), Алушта – все четверо (год не помню).
Я сказал, что до строительства дома ещё далеко, т.к. профком ещё будет подбирать пару лет землю, так что и я поднакоплю деньжат. На том и порешили.
По второму событию. Весной 67 года нашел на предприятии председателя секции стендовой стрельбы. Им оказался Сергей Коротков, из отдела приёмников, ведущий инженер. Я ему все откровенно рассказал про мои «успехи» в походе. Но он согласился меня посмотреть, и пригласил приехать на очередную тренировку секции на стенд, который был недалеко от ВДНХ, вблизи ж/д платформы «Северянин», Ярославской дороги. Секция имела 10 ружей «Бокфлинт» ИЖ-12 12-го калибра, а на патроны получала от профкома определенную сумму денег – на тренировки и соревнования патронов хватало.
