Не скажу, что я идеальное божество. Мне, собственно, фиолетово, верят и пусть себе, лишь бы крестовые походы не начинали во имя плазмы и святой шизы. Но вот помочь я обязана, поскольку эти разумные вручили мне в руки свои судьбы и жизни. Вот и крутилась как могла, то исцеляя самих новых паладинов, то их родственников, то помогала разобраться в финансовом плане, то раздавала им посильные задания, чтобы они тоже работали и получали за это какие-то средства. Многие, кстати, научились исцелять и теперь вовсю пользовались этим даром. Их целительство шло не от магии, а от моей силы, так что пришлось сделать для паладинов отдельный неприкасаемый резерв и питать их оттуда, чтобы в случае чего эти ребята не нуждались ни в чем.
В плюс ко всему я привела им нескольких мастеров единоборств и боевых искусств, чтобы мои паладины не были беспомощными и несчастными перед лицом опасности. Мастера взялись превратить обыкновенных людей в нечто большее, а заодно подтянуть и эльфов, слегка расслабившихся на дармовых харчах в храме.
Ну, а новое поступление — тех самых священников — для начала нужно было хотя бы откормить, чем и занялись сначала мои паладины, а потом уже и я, притащив им достаточный запас продуктов и создав пару сундуков с золотом, чтобы они могли купить себе нормальную одежду и обувь, а то на их рванье смотреть страшно.
Не знаю, как их бог мог додуматься до такого, но глядя на эти истощенные тела, я думала только о том, что голодный человек не сколько верует, сколько думает о еде. Так что их кормить и кормить… А уж верят они там или не верят, мне как-то побоку. Вот серьезно, кем нужно быть, чтобы довести этих ребят до такого состояния?
Ритуал принятия провести все же пришлось, поскольку эта уже слегка откормленная и приодетая орава наотрез отказалась делать какой-либо выбор, а веровать хотела. Причем верили они уже не слепо. Даже сначала сомневались, что стоящая перед ними баба и есть та самая богиня, которая спустя рукава относится в ритуалам, хлопает по плечу главного жреца, тискает приблудившегося к храму пса и бурчит по поводу того, что понавешивали всякой лабуды на статую, вид загораживает…
Но потом, когда моя энергия хлынула в их подлеченные тела, они действительно поверили. И сильно удивились, сколько силы я даю просто так, потому, что она им нужна. А мне ведь не жалко… серьезно, пусть лучше эту силу используют во благо, чем она будет тупо плескаться в резерве, теша мое эго.
Ритуал обставили красиво — выставили в круг всех новоприбывших, одетых в белые одежды (почему эти паладины выбрали своим цветом белый, остается загадкой. Нравятся им эти пафосные белые рясы с золотыми поясами.), в центре поставили меня, а уже имеющиеся паладины выстроились во второй круг, как бы образуя защитную сферу.
И когда я направила силу в этих ребят, полыхнуло знатно. Истощенные, они тянули и тянули, заполняя все свои прорехи и пустоты в резерве и ауре. Я их не виню, когда привыкаешь жить с поддержкой божества, трудно потом отвыкать. А вера довольно сложная штука. Многие веруют по привычке. Боги уже ушли или умерли, а они все равно верят. Искажают ритуалы, придумывают новые, именуют богами каких-то монстров… Человеческая психика гибкая в этом плане. Люди видят то, что хотят видеть, не зависимо от того, что есть в реальности. Вот и эти паладины увидели именно богиню, дающую силу. Не синерианку, не демоницу не просто женщину, а богиню. Им ведь плевать, как я себя чувствую. Они не знают, что мне дико неловко быть рядом с ними в роли божества. Мне неудобна эта роль, будто бы я влезла в слишком большие туфли, но снять их не могу. Бросить же их все равно, что бросить маленьких детей, не дождавшихся подарка к новому году.
Когда сила схлынула, все паладины светились. И новые, и старые, и главный жрец, и мастера боевых искусств. Досталось всем и побольше. А мой резерв будто бы никто и не затронул, что и вовсе странно. Похоже на замкнутую систему — сплошной круговорот силы. И чем больше я ее даю, тем больше получаю персонально для себя. Хотя мне-то как раз много не надо. Я давно уже не участвую в заварушках, не лезу на рожон, не вытворяю всяких глупостей… И не жалею об этом. Лучше уж я буду ходячим резервом, чем зазря потрачу то, что могло спасти много живых существ.
— Мы приняты? — тихо спросил старший у новеньких, оглядывая себя с нескрываемым удивлением. Этот стареющий человек хорошо так омолодился, даже морщины убрались с его лица, как и слегка желтоватый болезненный оттенок кожи.
— Приняты, конечно. Вот только вам теперь задание — достроить жилые комнаты или построить новое общежитие, а то я смотрю, новеньких прибывает все больше, в храм не помещаются, — я осмотрела паладинов и новых жрецов (правильно же получается?) и удовлетворенно хмыкнула. Пусть себе живут, лишь бы не бесились.
— Постойте! А как же заповеди, наставление, священные тексты? — неловко выкрикнул один из младших. Вероятно, у бедняги произошел разрыв шаблона.
