— И баба твоя дракон? — так же тихо спросил божок, понимая, что еще легко отделался.
— Хуже, — буркнул Шеат, — намного хуже. — Его оскал не предвещал ничего хорошего. При желании он и вовсе мог бы откусить этому глупцу голову, но почему-то не спешил.
— Пошли, если он чего надумает, мы знаем, где его искать. А то у меня на стройке аврал, где-то просрали целую партию ванн для семейных домов, налажали с телепортом, — вздохнула я, щелкнув ногтем по амулету связи. — И ведьмы эти еще… хирургия на Приюте забита под завязку.
Шеат выбросил божка, как ненужный элемент, не став добивать. Может, еще когда-нибудь перевоспитается. Все равно навряд ли бросит перспективный мир. Не думаю, что он решил уничтожить ковен могущественных ведьм, чтобы в посмертии кормить тех вкусностями и развлекать песнями и танцами. Скорее хотел или сожрать души, что является частой практикой у темных богов, или же вытащить их них всю энергию, что тоже довольно распространено. В любом случае, ведьмам не было бы у него хорошо. А у нас еще поживут. Может чего хорошего придумают…
========== Часть 142 ==========
К нам приехал ревизор. Опять. Точнее, если уж смотреть на пол данной особи, то ревизорша. Сверхиня попалась вредная, въедливая и противная, лезущая во все дыры и мешающая нам работать. Она заколебала всех начиная Шеврином и заканчивая Шиэс, которой тоже не улыбалось возиться черте с кем. Потому укрощать строптивую направили меня, мол, две дурные бабы разберутся.
С виду сверхиня ничего эдакого из себя не представляла. Обычная блондинка из неопределенного рода, на сверха жизни не тянет, на какого-либо еще тоже. Что-то среднее между огненными и жизненными? Полукровка? Вполне возможно, учитывая соломенно-желтый блондинистый цвет волос, натянутый под горло строгий костюм (как она в нем еще не сварилась, бедняга?) и толстую папку с документацией по нашим мирам. А их у нас много, так что папка порой перевешивала сверхиню и, будь она человеком, то уже наверняка давно рассыпала все документы по залу совещаний.
— Что ж это за беспредел у вас творится? — не успела я переступить порог, как вместо приветствия на меня сагрились. Что ж, придется пытаться решать миром.
— Какой именно беспредел и где именно он творится? — ругаться с чужой сверхиней мне не с руки, да и вообще, чем меньше конфликтов, тем лучше.
— У вас нет документации на три последних приобретенных мира! — блондинка ткнула пальцем с острым ногтем в раскрытую под конец папку, та опасно пошатнулась, грозя упасть ей на ноги.
— Ну вообще-то мы в процессе ее оформления. Советы сверхов и демиургов работают над этим, — я подошла поближе, заглянув в список миров. Да, развелось у нас их… как собак не стреляных. Тут уже и всех названий не упомнишь. Вообще, мне и не положено было заниматься бумажками. Мое дело прийти в Совет демиургов, сказать, мол, ребята, так и так, вот есть такой-то несчастный мир, принадлежит несовершеннолетнему студенту или ученику Академии, нуждается в срочной помощи. Ведь если мир погибнет, то демиургу будет очень больно, да и вообще, это чревато бедствиями с последствиями как для психики демиурга, так и для его магии. Плюс миры жалко, жалко старания погибших демиургов, жалко оригинальные расы. Это ж еще не просто создать, их же еще выдумать нужно. Причем жизнеспособных и толковых, чтобы они развивались. Ну, а там уже демиурги будут заниматься бумажками, они знают, как лучше и правильнее все оформить. Не одну тысячу лет эти бумажки пишут…
— На последний мир у вас нет никаких прав, — снова вызверилась дамочка. Я присмотрелась — она казалась молоденькой по сравнению с остальными знакомыми мне сверхами. То ли впервые пришла делать ревизию и желает выделаться перед руководством, то ли ее что-то гложет. Как вариант — ей мешает собственная смешанная кровь. Наверняка же полукровка, которую пинают все чистокровные сверхи, пожелала возвыситься за счет других. И этими другими невольно стали мы.
— Мы оформляем документы на опекунство той девочки-демиурга и на ее мир, — я припомнила довольно оригинальный мир с летающими городами и весьма недурным техническим прогрессом. Эту бы энергию да в мирное русло…
— Тогда раз вы еще не оформили документы, какое право вы имели забирать из ее мира разумных?
Я устало взглянула на сверхиню и уселась за стол. Пожалуй, поговорить будет о чем. Та же осталась стоять, сжимая свою папку, как национальное достояние. Слишком молода, слишком желает выслужиться.
