— Ты бы хотела дочку забрать? — спросила я. — А то пока ты еще без плазмы, мы могли бы все провернуть с помощью магии крови, — я заострила коготь на руке, сделав из него фактически иглу. Достаточно одного укола и капли крови, чтобы забрать ее дочь из того гныдника, где они жили.
— А можно? Конечно хочу! — Тэя чуть оживилась и привстала в саркофаге.
— Ну давай руку, будет немного больно, — я протянула ладонь, показывая острый коготь.
— А можно без… рук? — сомневаясь, спросила эльфийка, недоверчиво глядя на меня. Я пожала плечами.
— Можешь сама себе проколоть палец. Можешь укусить губу, чтобы было видно каплю крови. Без разницы.
— А если… я могу дать женскую кровь?
— Прокладку, что ли? — я удивленно взглянула на нее. — Ну давай, по прокладкам я еще родичей не искала, но кровь-то одна.
Тэя смущенно зарылась в складки своего длинного балахонистого платья, отдаленно напоминающего саван, уже бывший в употреблении. Наличие подозрительных темных пятен еще больше наталкивало на эту мысль. Похоже, Шиэс ее сразу отвела к саркофагам, чтобы ничего не случилось. Рвение-то похвальное, но как быть с одежонкой?
Протянутая мне тряпица с темной кровью на прокладку была похожа меньше всего на свете, но не бросать же ее дочь на произвол судьбы? Я медленно подняла руку над тканью, вытягивая нити заклинания. Ярко-алые нити побежали во все стороны, половина из них тут же оборвалась, еще часть значительно провисла. Родственники у Тэи были, как не быть, но настолько дальние, что не стоило их тревожить. А вот одну крепко натянутую нить я потянула, одновременно открывая экран. В комнату шагнула маленькая девочка, глядя на нас со смесью страха и удивления.
— Мама! — девчонка неловко переступила экран и, спотыкаясь, рванула к саркофагу.
Я встряхнула комм и вызвала дежурного бионика, попросила женщину, чтобы девочку отвели помыться, переодеться и поесть. Потом на процедуры — медицинский осмотр и прививки. А потом уже ее отдадут Тэе в полное распоряжение.
Но кроме полуэльфийки было еще что-то. Очень тонкая и слабая нить тянулась в никуда, не желала натягиваться и привести найденного к нам родственника. Тогда я сама открыла экран и притянула то, к чему так упорно стремилась кровная связь. Лежащее на земле тело выглядело до того непрезентабельно, что мне показалось, будто это труп.
Я втянула его в комнату с саркофагами и закрыла экран. Тут же повторно ткнула комм:
— Двух биоников женщин срочно в саркофажную! Нужен регенератор и, возможно, операция.
Я открыла экран бионикам и перевернула тело, чтобы понять хотя бы, кто там скрывается в куче драной одежды. Родственником Тэи оказался молодой еще рыжий паренек, сильно избитый и покалеченный. Скорее всего еще и изнасилованный, поскольку ему досталась красота его матери… Я вздохнула — зачем была нужна подобная жестокость, совершенно не ясно.
— Это… я не знала, что он выжил… — эльфийка вытерла выступившие слезы. — Это мой сын…
Я передала парня бионикам, которые тут же шагнули через экран в медблок. Тут не до мелодрамы, быть бы живу… напоследок обдала легким исцелением, чтобы он продержался до прихода медиков и пережил возможные операции. Кто знает, не напихали ли ему какой дряни во внутренности или не заставили ли что-то сожрать несъедобное. Если их хозяева умудрялись заставить их сношаться с собаками, то я уже ничему не удивлюсь…
— Его осмотрят и вылечат, если нужно — прооперируют, — я еще раз проверила обвисшие нити чисто на всякий случай. — У тебя есть еще живые дети?
— Не знаю, — Тэя поникла, сидя в саркофаге. — Их было много, но выжить смогли не все.
— Ничего, теперь, если ты согласна, то сможешь больше не рожать, пока сама не захочешь, — я вздохнула, вспоминая собственную эпопею. Не стоит передавать ей все мои страхи и фобии. Пусть берет чистую плазму и начинает жизнь с чистого листа. А мое пусть уже будет при мне, так сказать, во веки веков…
— Садись в ванну, — я кивнула на стоящую на низких ножках белую ванну без слива и кранов. Они нам не нужны.
— В одежде можно? — спросила она.
Я кивнула и уничтожила окровавленную тряпку. Больше ей эта мерзость не понадобится.
Тэя осторожно выбралась из саркофага и уселась в прохладную воду. Я чуть подогрела ее, чтобы было не так холодно и страшно. Умирать всегда страшно… Удивительно, но я не чувствовала к ней ни вожделения, ни какой бы то ни было страсти… Ничего, кроме искреннего сочувствия и понимания. Мне ее было жаль, как если бы я жалела пострадавшую сестру. Да ей и так предстоит стать моей сестрой, поскольку дочерью я никак не смогу ее назвать.
Я отделила крупную часть плазмы, перекачав ее в руку и положила эту раздутую руку ей на лоб. Девушка вздрогнула из-за прикосновения, но плазма уже полилась на ее кожу, проникала внутрь, впитывалась в тело, пошла в мозг. Тело Тэи дернулось, будто в конвульсиях. Я знала, что это больно. Теперь уже знала. Прямо сейчас я убивала ее, чтобы возродить заново. Жестоко, но действенно.
