А поскольку у нас с Джейком были общие друзья, единственные, с кем я сейчас могу поговорить, — моя мама, сводная сестра и София. Но из-за разницы во времени стало трудно, когда ты расстроена в семь часов вечера в Колорадо, а они спали, потому что в Великобритании сейчас два часа ночи. София могла бы сказать, что не возражала против полуночной беседы, если она мне была нужна, но я также знала, что она начинала работать очень рано и ей нужно как можно больше спать, чтобы справиться с хулиганистыми подростками, которых она учила.
Я всегда чувствовала себя лучше после того, как говорила о чём-то с людьми, но с тех пор, как я приехала на ранчо «Закат», мне не удавалось ни с кем побеседовать. Вот почему вчера на меня обрушились все чувства — я была просто подавлена одиночеством.
Было странным утешением знать, что Уайатт тоже понимал некоторые мои чувства. Хотя до этого я думала, что он
Он прав. Как ни досадно признавать. Жизнь несовершенна, и мне нужно её принять. Возможно, моим подписчикам понравится, что у меня тоже есть взлёты и падения. Возможно, мы все сможем пройти этот путь исцеления вместе, я уверенна, что я не могла быть единственной, кто оправлялся от небольшого кризиса.
И к чёрту мысли о том, что я должна во всём разобраться, чтобы быть счастливой. Я всё ещё могла быть счастлива, даже если не знала, что ждало меня в будущем, даже если у меня не было идеальных отношений.
Я достала из кармана телефон и направила камеру на красивый пейзаж передо мной — горные вершины, солнце, поднимающееся над ними, каскады маслянистого солнечного света, падающие на сочные зелёные поля. Я даже не думала о том, чтобы потратить полчаса на редактирование фотографии, чтобы попытаться сделать её лучше, потому что она и так выглядела потрясающе. Красота этого места такая естественная и неповторимая. Такая необработанная и нефильтрованная. Я и не подозревала, что мне было нужно.
Пришло время и мне стать такой же.
Открытой. Без фильтра. Честной.
Я загрузила фотографию в свой Инстаграм с подписью:
Кто решил, что побег на ранчо в Колорадо, чтобы избежать последствий измены моего парня и снова обрести вдохновение, означал, что я потерпела неудачу? Кем бы они ни были, я готова доказать, что они не правы. Грядут лучшие дни, мои любимые! Рори ХО.
Честно говоря, я не могла сдержать своего волнения, когда взбежала по ступенькам дома Уайатта. Почти достаточно, чтобы заглушить тупую боль в пояснице, которая возникла у меня во время месячных. Я громко постучала в дверь, горя желанием объяснить, над чем я работала последние несколько дней. За все выходные мне удалось только раз искупаться в озере, так как я была слишком поглощена своими планами.
Когда он не ответил, я постучала снова и позвала его по имени.
— Господи, я иду, — крикнул Уайатт.
— Вообще-то, всего лишь я, Рори.
Через несколько секунд Уайатт со вздохом открыл дверь.
— Чего ты хочешь?
Он был весь мокрый, нижняя часть его тела обёрнута полотенцем, в то время как остальная часть его тела была выставлена на всеобщее обозрение, сверкая на солнце. При виде него у меня перехватило дыхание.
Его мускулистое тело большое и мягко очерченное, созданное тяжёлой работой, в отличие от более стройных, с более точеными чертами лиц, к которым я привыкла, таких как Джейк. От того, как его бедра переходили в ту же самую V-образную форму спереди, которую я видела, у меня замерло сердце. Мышцы на его ногах тоже перекатывались, и я увидела шрам на его колене от травмы, о которой Уайатт упоминал.
Я и раньше видела татуировку в виде горного хребта на его предплечье, но у него также была прекрасно проиллюстрированная татуировка в виде орла в полете, которая тянулась от одного плеча к другому почти по всей груди. Когда на днях я проходила мимо него, колющего дрова без рубашки, я была слишком взбешена, чтобы обратить внимание на него или его татуированное тело. Но теперь, когда видела её вблизи, у меня захватило дух от того, какая детализированная тату была. Одному богу известно, сколько времени заняло, чтобы сделать её.
Его тёмные волосы на груди были аккуратно подстрижены, но всё равно достаточно длинные, чтобы я могла запустить в них пальцы.
Не то чтобы я хотела это сделать.
Уайатт прочистил горло.
— Аврора? Ты в порядке?
Я подняла на него глаза, и его лицо выглядело напряжённым. Дерьмо. Я не уверена, что смогла бы притвориться, будто не пялилась на Уайатта, поэтому просто сказала:
— Да, на тебе немного воды — вот здесь. — И показала на его плечо, где начинался орёл, несмотря на то, что всё его тело было полностью мокрое.
Точно так же, как и у меня между ног через секунду, если он не наденет какую-нибудь одежду.
Господи, что со мной не так?
Уайатт нахмурился.
— Я был в душе.
— Вижу. — Я одарила его улыбкой во все тридцать два, всё ещё держа сложенный листок за спиной. — Могу я войти?
