Прилетел. В Чили в это время было введено чрезвычайное положение. Везде стояли вооруженные солдаты правительственных войск. Все это произвело на меня не очень приятное впечатление. Вошел в вокзал. Взял свои вещички, которых было немного, и стал думать, как мне добраться до города и попасть в гостиницу. Сел на скамейку. Вдруг слышу знакомый голос: - Василио, амиго! Ке ту асес аки? (Василий, друг! Что ты делаешь здесь?) Я сказал, что прибыл в командировку в Сантьяго-де-Чили. Это был Артуро - сын представителя авиакомпании Лан-Чили в Гаване, который прилетал в отпуск к своему отцу. Тогда-то мы с ним и познакомились. Стройный, высокий юноша 19 лет от роду, энергичный и красивый парень. Очень внимательный и предупредительный. Он работал диспетчером в аэропорту. Дежурил как раз в ночную смену. Не раздумывая, он предложил план поездки в город. Единственным средством добраться было такси. Но у меня не было чилийских эскудо, чтобы заплатить за поездку. Были доллары США. Артуро взял у меня пятидесятидолларовую бумажку и через несколько минут вернулся с огромной кучей эскудо. Взяли такси и отправились в гостиницу "Конкистадор".
Впоследствии мне рассказали, что после пиночетовского переворота Роберто, отец Артуро, возвратившийся из Гаваны, был схвачен охранкой и расстрелян. Артуро тоже погиб в перестрелке.
На другой день после прилета в Чили я отправился в советское посольство, доложить о цели прибытия. Все работники посольства были на местах, в том числе и посол. Во избежание провокаций в город почти никто не выходил. Работа была фактически свернута. У меня сложилось такое впечатление, что посольство бездействовало.
Посол выслушал меня внимательно и говорит: - Значит, вы прибыли открывать новую воздушную линию из Сантьяго-де-Чили в Москву через Лиму, Гавану, Рабат? И добавил: - Зачем все это нужно? Ведь мы летаем без каких-либо проблем иностранными авиакомпаниями через Рио-де-Жанейро, Дакар.
После непродолжительного разговора посол все-таки понял, что такая воздушная линия Аэрофлота нужна, хотя и будет очень неудобной для пассажиров. На самом деле, лететь почти 30 часов без отдыха очень тяжело. Вернее с отдыхом, но не более двух часов в каждом аэропорту промежуточной посадки.
Намечалось празднование в честь двухлетия правления Сальвадора Альенде. От Советского Союза на празднование прибыла делегация во главе с первым секретарем ЦК ВЛКСМ Б. Пастуховым.
На крыльце одной библиотеки в центре города была организована трибуна для правительства и гостей. Мы стояли вместе с Б. Пастуховым рядом в 4-5 метрах от крыльца. Нам было видно, причем очень хорошо, как шли манифестанты. Они шли по улице колоннами, взявшись за руки, в течении 4-5 часов. Несли различные транспаранты. А на шестах несли подвешенных общипанных и в перьях кур, петухов.
Я спросил одного чилийского товарища, который нас охранял, для чего несут этих кур? Он мне ответил: - Оппозиция Альенде твердит, что в стране надвигается голод, так как Альенде все распродает за границу. Даже кур продает Советскому Союзу. Вот манифестанты и несли на шестах кур, показывая, что это неправда, куры есть.
На меня произвело сильное впечатление выступление Альенде. Он выступил с зажигательной речью. И вообще, он был таким же прекрасным оратором, как и Фидель Кастро.
Кстати, с Фиделем за период работы на Кубе мне пришлось встречаться несколько раз. Вот одна из таких встреч. Фидель собирался лететь в Чили. Однажды в аэропорту мне сказали, что со мною хотел бы поговорить Фидель. Я пришел в правительственную комнату аэропорта. Фидель встретил дружелюбно. Высокий, одет в военную форму. Широкая борода и приятная улыбка придавали ему какую-то божественность, хотя он казался очень уставшим. Мы вышли на перрон. Он положил левую руку мне на плечо и спросил: - Василио, наши секреты никто не подслушает, поэтому я хочу рассказать вам свою идею о полете в Чили.
Он задал мне множество вопросов относительно планируемого полета в Чили. Его, в частности, интересовала продолжительность полета и расстояние, которое может покрыть самолет Ил-62. Я подбирал более понятные слова, как мне казалось, чтобы ответить на все его вопросы. Ведь разговор шел на испанском языке. Кстати, Фидель сказал, что он прекрасно меня понимает.
Прохаживаясь по перрону и разговаривая с Фиделем, я старался все время всмотреться в его глаза. Немного прищуренные, в них проглядывалась человеческая нежность и обаяние. Тут же я подумал, что не напрасно говорят о Фиделе как о гуманном человеке. Во время разговора невольно вспоминал 1961 год: ведь я причастен к спасению жизни Фиделя. Но этого я не имел права тогда говорить. Сейчас настало время сказать: видимо, тогда в Мексике, мне удалось предотвратить покушение на кубинских руководителей. Об этом никто из кубинцев не знает до сих пор.
В конце нашего разговора Фидель Кастро сказал, что теперь он будет обращаться к советскому правительству с просьбой выделить по возможности для него самолет Ил-62 с экипажем Аэрофлота.
