В Монголию летали только самолеты Аэрофлота. Пассажиров было много. Самолеты в том и другом направлении заполнены полностью. Аэродром располагался в горах. Посадка только с одного направления. Радиотехническими средствами оснащен недостаточно, причем устаревшими видами аппаратуры. Сложные климатические условия. Пыльные бури, дымка, образующаяся от сгорания угля в печах юрт и выбрасываемой копоти из труб теплоэлектростанций, расположенных вблизи аэродрома, часто закрывали посадочную полосу. И тогда экипажи были вынуждены принимать решение на посадку на запасных аэродромах в Иркутске, Улан-Удэ и других аэропортах в зависимости от состояния того или иного аэродрома, климатических и погодных условий. В январе 1983 года прибыли в Монголию. Город Улан-Батор произвел удручающее впечатление. Вышли с Надеждой Максимовной на улицу и увидели помойки и свалки мусора, рядом с ними коров, жующих бумагу. Потом мы узнали, что в Монголии скот круглый год находится на подножном корму. И летом, и зимой скот вынужден сам себе добывать из под снега корм для пропитания. Дело в том, что сочные монгольские травы быстро консервируются, сохраняя каротинные питательные вещества. Поэтому домашний скот, будь то корова, лошадь или овца, добывая из-под снега небольшое количество этого законсервированного сена, благодаря этому выживает в суровых условиях монгольской зимы. Но когда после сильного снегопада и зачастую наступающей затем оттепели, ударяет мороз, то образуется корка. Это явление самое страшное для скота. Животные разгребают снег ногами и вот об эту мерзлую корку они ранят ноги, а потом совсем прекращают добывать корм и впоследствии погибают. В таких критических ситуациях летчики Аэрофлота, работавшие по контрактам в Монголии, заключенным по линии Госкомитета по экономическим связям, на самолетах Ан-26, Ан-2 оказывали монголам помощь: сбрасывали спрессованное сено туда, где находились стада животных.
Встретили меня монгольские товарищи очень хорошо. Мой предшественник Радна Тумуров, как мне показалось, не совсем был доволен тем, что его решили заменить. Я прекрасно это понимал. Он по национальности бурят. Родился в Улан-Удэ. Монголия для него - второй родной край. Тем более что он с летной работы был списан. Поэтому при возвращении в Москву ничего хорошего не ожидалось. Среди монголов он был своим человеком. Бурятский язык был его родным языком. Радна знал и монгольский, очень сходный с бурятским. Так или иначе ему пришлось передавать мне дела.
Забегая вперед, хотелось бы сказать, что на протяжении всех четырех лет, которые я находился в Монголии, все силы отдавал тому, чтобы самолеты Аэрофлота успешно и безопасно летали на этой сложной воздушной трассе. Приходилось заниматься и коммерческими вопросами, но не в такой степени. Рейсы всегда были переполнены. В 1985 году на самолетах Аэрофлота, вылетавших из Улан-Батора, была самая высокая занятость кресел. На самолетах Ту-154 она составила в среднем 129. Это высокий показатель. Главное внимание уделялось вопросам регулярности и безопасности полетов. На это были направлены все усилия работников представительства. И действительно, можно сказать, что безопасность полетов была организована на очень высоком уровне.
В первый год работы, проанализировав трассу из Москвы через Иркутск, взвесив все за и против, добился, чтобы самолеты Аэрофлота летали в Улан-Батор не через вечно туманный в утренние часы Иркутск, а через Новосибирск. С февраля 1984 года все рейсы стали выполняться из Москвы в Улан-Батор через Новосибирск. Резко увеличилась регулярность полетов. До изменения маршрута все рейсы в Улан-Батор, как правило, прибывали с опозданием на 3-4 и более часов. Иногда переносились на другой день, и встречающие вынуждены были уезжать домой, не дождавшись рейса.
Через некоторое время полеты по новой трассе дали ощутимые результаты. Сократилось время полета на 1,5 часа. Экономия топлива составила 6 тонн. Улучшилась безопасность полетов, так как была ликвидирована лишняя посадка и взлет самолета. Читателю известно, что по статистике большинство аварийных ситуаций в гражданской авиации любой авиакомпании приходится на посадку и взлет самолета. Как только изменился маршрут полета, самолеты, как правило, стали прилетать в Улан-Батор по расписанию.
Секретарь ЦК МНРП Дежид курировал и координировал деятельность связи и транспорта в стране. В ожидании спецрейса Аэрофлота из Москвы он в присутствии членов правительства Монголии и работников советского посольства, среди которых был и посол Николай Павлович Павлов, показывая на свои часы, с видимым удовлетворением сказал: - Проверьте время по прилету самолета Аэрофлота.
Много лестного было сказано в адрес Аэрофлота. Труды, которые были затрачены, не пропали даром.
