– Как думаете, стоит туда ступать? – спросила я, завороженно глядя на зеленую стену.
– Парни уже садятся в лодку, – оглянулась Оливия.
– У нас нет выхода, – резонно заметила Мартина. – Придется пройти через поле. Оливия, будь крайне внимательна. Уверена, там рыскает немало тварей.
– Тогда пошли, – вздохнула я, вступая в огромное зеленое море странной травы. Оно простиралось по всему берегу, куда видел глаз.
Здесь приятно пахло свежестью. Податливые стебли легко раздвигались руками, когда нам требовалось пройти. Мы держались друг за дружку, ведь потеряться здесь было очень легко.
– Ничего не чувствую, кроме стойкого запаха травы, – хмыкнула Оливия, когда мы прошли уже около двухсот метров. – Куда мы идем-то?
– Не знаю, – прошептала я. Это даже хуже, чем лабиринт, ведь в нем есть хоть какое-то разнообразие и направление пути, а здесь все одинаково.
Трава возвышалась почти на два метра, так что мы не видели ничего, кроме нее и голубого неба. Куда идти – непонятно, как вернуться обратно – тоже, да и что искать, мы не понимали. Надежда, что появятся хоть какие-то ориентиры, таяла с каждой минутой. Мной медленно овладевала паника.
– Не нравится мне все это, – прошептала Оливия и оказалась права. Через минуту налетел сильный ветер, и гибкие стебли, что раньше лишь слегка колыхались, начали атаковать нас. Порывы ураганного ветра трепали их что есть мочи, и они, словно марионетки, хлестали нас по лицам и плечам, заставляя размыкать руки. Все смешалось в один зеленый поток, я уже не понимала, где находятся мои подруги и что с ними происходит. Моя рука сжимала чьи-то пальцы, отчаянно цепляясь за единственное живое существо поблизости.
Все стихло так же неожиданно, как и началось. Тяжело дыша, я обнаружила, что сижу на корточках, а рядом со мной сидит перепуганная Эльза. Мартины и Оливии уже не было поблизости.
– Ты как? – прошептала я.
– Кошмар, – беззвучно проговорила она побелевшими губами.
– Мартина! – крикнула я, но никто не отозвался. – Оливия! – снова тишина.
– Где же они? – задала вопрос в пустоту ведьма.
– Не понимаю, почему на этом уровне нет указателя? – Я поднялась на ноги.
– Здесь вообще много странного, – произнесла Эльза, но вставать не спешила. – На первом уровне я чувствовала вокруг себя жизнь, энергию, пусть и отрицательную, а здесь… Здесь как будто все мертво, понимаешь?
– Пусто, – кивнула я, выразив свои ощущения. – Здесь словно везде пустота.
– Мне страшно, – призналась ведьма, и она не шутила. Всегда уверенная в себе Эльза впервые выказала настоящий страх. – Предчувствие никогда меня не подводит. Что-то происходит, и мне это не нравится.
– Успокойся, – попросила я и закрыла глаза, пытаясь через брачную связь обратиться к Арису. К сожалению, мне ничего не удалось почувствовать.
– Где же Мартина и Оливия? – беспокоилась Эльза. – Мне кажется, с ними что-то случилось.
– А мы можем взять тайм-аут? – спросила я. – Выйти из соревнования, прийти в себя?
– Нет, – едва Эльза сказала это, как вдруг стебли вновь зашевелились, но на этот раз все было иначе. Они начали расступаться. Зеленые ряды раздвинулись в стороны, открывая нам путь к очередному алтарю, на этот раз ничем не подсвеченному. Мы с Эльзой переглянулись и неуверенно двинулись к постаменту.
Чем ближе мы подходили, тем сильнее раскалялся воздух вокруг нас. С каждым шагом температура поднималась все выше, а у самого постамента она и вовсе оказалась прямо-таки обжигающей.
– Если попробуем коснуться артефакта, получим ожог, – уверенно констатировала Эльза. Она сделала осторожный шаг вперед, чтобы поближе рассмотреть камень, лежащий на постаменте. – Это «драконье сердце», – сообщила она. – Особый ритуальный камень, но я не понимаю, почему он так разогрет.
– Может, надо его охладить? – предположила я, хотя уже не была уверена в том, что мне следует продолжать эти соревнования. Я представляла себе все это по-другому, но такое впечатление, что все вокруг вымерли. Нет ни других команд, ни сражений, ни вообще какого-либо движения. Это очень подозрительно.
– Как? Ты видишь поблизости лед или воду? – разочарованно вздохнула ведьма.
– Может, мне нужно спеть? – неуверенно пожала я плечами. Иного выхода нет. Эльза сделала нервный жест, мол, попробуй, вдруг поможет. Я закрыла глаза и тихо запела, вспоминая слова давным-давно слышанной колыбельной:
Я представляла падающий с неба снег, мороз, который щиплет щеки, и ощущение сказки, которое приходит зимой. Когда я открыла глаза, моему взору предстала удивительная картина: с неба падали снежные хлопья, а температура опустилась как минимум на двадцать градусов. Жар от камня спал, и мы смогли подойти к постаменту.
