– Когда они успели познакомиться, да еще и подружиться? – удивился я.
– Когда ты пропал, Саша хотел помочь и попросил жену позаботиться о твоих, вот они и нашли друг друга. Что, злишься на нас? – вдруг сменил тему Семичастный.
– Да нет, за что? – серьезно ответил я. – Разве только за то, что вообще туда послали, а так… вы ж не могли такое предвидеть.
– Ты прав, не могли, но должны были, – строго заметил председатель КГБ. – Дело даже не в том, что разведка прохлопала англичан, а в том, что ты вообще оказался на том корабле. Ты должен был вылететь самолетом, но человек, ответственный за твою эвакуацию из Конго, решил, что ничего не случится, если он поступит по-своему. У него там какие-то проблемы с военными были, и он не хотел к ним обращаться лишний раз, вот и проявил инициативу… Виновные понесут наказание, порядок должен быть во всем. А сами переговоры в Африке ты провел безупречно, именно так, как мы и хотели.
– Да не надо никого наказывать, он же не думал, что все это так важно.
– А должен был думать, Саша, он там не на отдыхе находится. А уж если думать не стал, так нужно было просто выполнять приказы! Ты вот не думал, когда нам обо всем рассказывал, что многие проблемы случались именно из-за таких вот, вовремя не подумавших о последствиях?
– Ладно, вам виднее, как нужно поступить, хотел только попросить…
– Что именно?
– Парней, военных, наградите, пожалуйста, заслужили, я серьезно.
– Да уж, вы там чуть не войну выиграли, на местном уровне. Да, представления были переданы генсеку, я слышал об этом, не переживай, Родина не забывает своих героев.
– К сожалению, бывает и наоборот, поэтому и прошу проконтролировать. Ребята там геройские. Только не вешайте им банальные медальки, покажите, что Родине действительно нужны такие люди.
– А что плохого в орденах? Ведь это как раз показатель заслуг!
– А что делать с этими орденами, на хлеб мазать? – спросил я серьезно. – Нет, они, конечно, нужны, не спорю. Но ведь можно и по-другому наградить. Например, выдать людям квартиры в любом городе, где они захотят жить, когда вернутся из командировки. Ведь не так уж и дорого это, зато убьете сразу двух зайцев, ведь вам нужна преданность армии?
– Хорошее предложение, я озвучу его Саше.
– Ну, так вы отвезете меня к моим?
– Поехали, тем более там и генсек сейчас, сегодня же воскресенье!
– Ты не должен злиться на нас, можешь, конечно, это твое право, но пойми. Посвященные в твое дело товарищи, кстати, рекомендованные именно тобой, предположили, что твоя кандидатура подходит для этого лучше всех. Ты из другого времени и, можно сказать, мира, ты жил в условиях жесткого капитализма, а следовательно, смотришь на многое совсем по-другому. Знаешь, какая разница между прошлыми договорами и новыми, которые я получил буквально на днях? Все то же самое, мы предоставляем технологии, материалы на первых порах, строить начинаем сами и обучаем местных, но!.. – Пауза была очень многозначительной. – За все это будет заплачено! Разницу чувствуешь? Твои предшественники, те, кто занимался проблемами Африки до последнего момента, легко договаривались с африканцами, но все было за наш счет, а у СССР лишних денег нет. Одни твои проекты по строительству и стимулированию рождаемости требуют безумных затрат, поэтому результаты можно считать великолепными. Естественно, деньги туда-сюда мы возить не собираемся, существует взаимозачет.
По приезде на дачу генерального секретаря СССР мне вновь не позволили сделать то, к чему я стремился. Шелепин перехватил меня сразу, едва мы с Семичастным пересекли периметр. Хозяин встретил нас лично, видно заранее все было оговорено между друзьями, и, утащив гулять по саду, завел разговор.
– Я все и сам понял, товарищ Шелепин, не нужно считать меня дитем неразумным, – во время паузы, взятой генсеком, я открыл рот. – Если честно, то сейчас мне кажется, что вы все – оправдываетесь. Не нужно этого, говорил ранее и повторю, я делаю все это для страны, а не для кого-то лично. Если я что-то могу, обязательно сделаю. Просто не нужно играть меня втемную, достаточно попросить, объяснив ситуацию.
– Поговорили, – заключил Семичастный хмуро, а генсек, тот самый Железный Шурик, стоял и смотрел мне в глаза. Взгляд его был странным, не злой, не надменный, а какой-то задумчивый и отстраненный.
– Извини, Саша, иди к семье, они в доме. Надеюсь, мы поговорим позже, хотелось бы услышать о твоих приключениях, если ты не против.
– Конечно, о чем речь, Александр Николаевич, в любое время, только…
– Да поезжай ты в свою деревню, поезжай, никто тебе не мешает, только с охраной!
– Спасибо. Пока буду отдыхать, могу написать полный отчет. Я, когда пишу, могу вспомнить любую ситуацию поминутно.
– Еще бы, ты ж писатель! – опять съёрничал председатель КГБ. Вот уж кто никогда, кажется, не теряет чувства юмора.
