Если мы внушили тебе написать о том, что для нас есть самые обыденные обстоятельства, ты, возможно, смог бы сравнить их с твоей повседневной жизнью и увидел бы, что и ты и мы — все мы школьники, и что это очень большая школа, со множеством курсов обучения и множеством наставников, но с единым планом обучения, и этот план есть единство развития от простого к сложному. Сложность эта не означает запутанности, ведь по мере того, как мы узнаем о мудрости Божественного Творца всего, мы видим, как прекрасно устроена область, в которой Он напрягает Свою исполненную Любви Волю ради того, чтобы мы могли, уже в самой нашей радости познания, воздавать почтение Сиянию Того, Кто держит всё и вся на Своей оберегающей Ладони.
И поэтому, дорогое дитя, мы еще раз обратимся к нашей теме и расскажем тебе о наших занятиях здесь, в этих сверкающих областях, и о том, как любовь Отца окружает нас со всех сторон, как лучистое облако, в котором всё представляется нам более ясно, когда мы совершенствуемся в человечности и любви.
Одно из тех положений, что важны здесь — соблюдать должную пропорцию между мудростью и любовью, которые есть две великие стороны одного великого принципа. Ведь любовь по отношению к мудрости то же, что дерево по отношению к листьям, и если любовь побуждает и мудрость дышит, то плод здоров и неиспорчен. В качестве пояснения мы дадим тебе конкретный пример того, как нас учат учитывать должным образом любовь и мудрость в отношении самих себя и других, кому мы допущены содействовать.
Нам было дано задание, по которому некоторые из нас, всего пятеро, должны были отправиться в поселение в весьма отдаленной части этой страны и спросить там, какими средствами можно было бы наилучшим образом помочь на Земле тем, кто пребывает в сомнении относительно Божьей Любви. Ведь мы часто бывали в затруднении из-за отсутствия опыта в отношении таких случаев, а подобные случаи, как ты знаешь, многочисленны.
Директором колледжа состоял человек отнюдь не малых дарований, который в земной жизни был государственным деятелем. Однако его известность была невелика, и только после того, как он перешел сюда, он понял, что Земля — не единственное поле, на котором земные умения могут быть применены и осуществлены в Царстве Бога.
Мы изложили ему предмет нашей миссии, и он был очень обходителен и добр, в соответствии со своей высокой должностью. Я полагаю, ты назвал бы его Ангелом высокого ранга, и действительно, если бы он мог явиться на Землю и стать видимым, его сияние внушало бы там благоговейный трепет. Он очень красив, как всем обликом, так и выражением лица; лучезарный, сияющий, сверкающий — так, пожалуй, лучше всего описать его. Он слушал и ободрял нас то и дело мягким словом, побуждая излагать наши затруднения, и мы забыли, что он был такого высокого положения, и говорили без страха и стеснения. И потом он сказал: «Что ж, мои дорогие ученицы — потому что вы заслуживаете в скором времени стать ими — то, что вы рассказали мне, очень любопытно и также очень свойственно работе, которой вы сейчас заняты. Если бы я разрешил все ваши трудности, вы вернулись бы к вашей работе со светлыми сердцами, но, вероятно, обнаружили бы множество упущений в работе — очень многому можно научиться только по опыту; и опыт — это единственное, что может показать вам, какими важными вещами являются любые мелочи. Следуйте поэтому за мной, и я научу вас тому, что необходимо изучать наилучшим образом».
И он повел нас в сад, окружавший его дом, и там мы увидели садовников, ухаживающих за цветами и плодовыми деревьями и выполнявших общую работу по саду. Он провел нас немного по дорожкам, вившимся там и тут, через плантации деревьев и кустарников, где пели птицы и резвились маленькие очаровательные пушистые зверьки. Наконец мы пришли к ручью. Над ним стояла каменная беседка, которая напомнила мне египетский храм в миниатюре, и он пригласил нас войти. Мы сели на скамью под переплетением цветущих растений разных оттенков, а он сел на другую скамью, поставленную под прямым углом к нашей.
На полу была схема с награвированными линиями, он указал на нее и сказал: «Вот схема моего дома и того сада, которым я вел вас. Тут отмечено место, где мы сидим. Мы прошли, как вы заметили, порядочное расстояние от ворот, у которых я вас встретил, и вы все так много разговаривали о красотах, увиденных вами по пути, что ни одна из вас не уделила внимания направлению, в котором вы шли. Для вас поэтому будет хорошим и приятным упражнением найти обратную дорогу ко мне. А когда вы придете, я смогу, возможно, оказать вам некоторую помощь в порядке рекомендации относительно затруднений, которые вы мне изложили».
С тем он нас покинул, а мы все переглянулись и затем рассмеялись сами над собой за то, что были настолько глупы, что не догадались, зачем он вел нас в это место таким окольным путем. Мы стали изучать схему снова и снова, но все ее линии, треугольники, квадраты и круги окончательно запутали нас.