Жизнь Замечательных Блондей полностью

БЛОНДИ

Негромкий, почтительный голос:

— Господин Крей, вас вызывают…

Небрежный наклон головы, тон, конечно же, безупречно вежлив.

— Слушаю… Разумеется. Благодарю за приглашение.

Очередное приглашение на очередное шоу в Апатии, столь же скучное, как и все предыдущие. Надоело, надоело до того, что скулы сводит от скуки на этих представлениях!.. Всё, что можно было придумать, давно придумано и воплощено в жизнь. О да, когда-то это было ново и неожиданно, а теперь — всего лишь повторение пройденного, в новых комбинациях, с новыми действующими лицами… практически неотличимыми друг от друга.

Рано или поздно всё это приедается. Становятся неинтересны безупречные, ухоженные петы, готовые на все, лишь бы угодить хозяину. Надоедают и петы, раз за разом разыгрывающие поистине ангельскую невинность, и развратные, умелые, способные поразить самое разнузданное воображение… Пару лет назад неожиданно возникла мода на «диких», хотя признавать этого никто не желал. Доходило до того, что иные брали петов едва ли не с улицы (кстати говоря, не всегда это хорошо заканчивалось). Впрочем, уже через пару недель этих так называемых «диких» трудно было отличить от петов обычных. Они готовы были исполнить что угодно, лишь бы не возвращаться обратно в трущобы. Всплеск моды, казалось, угас, однако время от времени кто-нибудь решался повторить эксперимент. Но и это быстро прискучивало…

А у него же было одно давнее и довольно странное желание: заполучить незаурядного и по-настоящему дикого пета. Такого, с которым пришлось бы повозиться, приручая… И который бы стоил подобных усилий. Все, кого он подбирал до сих пор, ломались моментально, как сухое печенье, они были трусливы и жадны, и смешать их с грязью ровным счетом ничего не стоило. В конце концов он почти уверился в том, что искомого не получит никогда, и это доводило его едва ли не до бешенства. Время от времени он выбирался на вечеринки, отвечал на приглашения, от которых нельзя было отказаться — откажешься тут, как же! Содержал ровно столько петов, сколько считалось приличным для Блонди, занимающего подобное положение в обществе, не больше и не меньше, и иногда удостаивал их своим вниманием. Случалось ему посещать и аукционы, но лишь по особой необходимости — когда нужно было заменить какого-нибудь пета. Впрочем, часто он поручал это кому-нибудь из фурнитуров, благо вкусы его были им хорошо известны. Иногда вспоминалось и старое желание, и тогда он предпринимал очередную попытку, чтобы уже привычно разочароваться. Порой попадались любопытные экземпляры, но искомого он не находил…

Прозвучал зуммер вызова. Этот номер знали немногие, в основном те, кому он поручал подыскивать для него «интересные образчики». На экране возникло хорошо знакомое лицо, изо всех сил сохраняющее подобострастную мину. Блонди не любил этого человека за то, что тот всегда норовил урвать двойную выгоду и, как он подозревал, время от времени норовил поработать и на конкурентов… Впрочем, на его профессиональных качествах это никак не сказывалось, а потому и избавиться от этого неприятного типа повода не было. Можно было бы избавиться и без повода, просто ради удовлетворения душевного порыва, но вот где потом сыскать вторую такую же замечательную беспринципную скотину?

— Что у тебя? — безразличным тоном спросил Блонди.

— Господин Крей… — Лысоватый человек на экране изобразил вежливый поклон. — Мне кажется, у меня есть кое-что для вас…

Блонди приподнял бровь, однако не произнес ни слова. Лысый тип — собственно, это была не только отличительная черта его внешности, но и кличка, под которой он был известен всей Танагуре, — частенько заявлял нечто в этом роде. Увы, обычно безо всякого к тому повода.

— Несколько дней назад полиция задержала довольно крупную банду, — начал лысый человек. Он всегда начинал издалека, за что Блонди тоже его недолюбливал, поскольку сам предпочитал не тратить слов попусту, и излишнее словоблудие его изрядно раздражало. Увы, бороться с этим было бесполезно. — Они промышляли крупными кражами, и, должен отметить, вели себя крайне дерзко…

Блонди чуть сдвинул брови, что должно было обозначать нежелание выслушивать ненужные подробности. Впрочем, Лысый знал его достаточно хорошо, чтобы понимать: его все-таки дослушают до конца, раз уж не отключили связь сразу.

— Так вот, господин Крей, — продолжил Лысый. — Мне показалось, что кое-кто из участников этой банды может вас заинтересовать… Хочу отметить интересную деталь: это имя никогда не упоминалось в полицейских сводках, хотя остальные участники банды неоднократно бывали задержаны… Однако, как стало известно, этот… гм… экземпляр состоит в банде с момента её основания. Это о чем-то говорит, не так ли?

— Покажи, — проронил Блонди, сильно подозревая, что увидит очередного побродяжку, достаточно проворного, чтобы вовремя скрываться с места преступления, только и всего.