- Ты увидел это, взглянув на него “оком правды”?
- Да.
- Что ещё ты увидел мудрейший?
- За его спиной стоит ТЬМА, но выбор Ясеня даёт понять, что зла в его намерениях нет.
- Пока, нет. - Холодно сказал капитан.
- Оставить положение вещей таким, каково оно сейчас, в наших силах Диграсса. Нужно попытаться воспитать в этом звере добро. К тому же я считаю, что это начало пророчества предтечей: “И придёт новая тьма и окрепнет. И вернётся старая тьма. И тьма сойдётся с тьмою. И тьма победит”.
- Это новый воин тьмы? - Тон Диграссы стал сомневающимся.
- Я полагаю что да.
- Даже если и так. В пророчестве не ясно, какая именно сторона одержит верх. Это может быть и Каин.
- Не упоминай при мне его имени. - Зашипел Шинтисса.
- Прости мудрейший.
- В любом случае между ними будет война. Кто бы не победил, он ослабнет, а дальше уж наш черёд наносить удар. Пошли в Александрию вестника, пусть отзовут серафимов из сумеречных земель.
- Исполнено мудрейший.
- Кстати чем занимается наш юный друг?
- Наблюдает как сержант обучает детей обращаться с клинками.
- Стоит немного помочь жнецу, его ожидает трудный путь. Покажи ему несколько движений, и ради Ясеня, достань ножны, пока он никого не поранил.
Наблюдая за тем, как грациозно движутся эльфийские подростки, плавно двигая короткими деревяшками, имитирующими ножи, Сет просто сгорал от зависти. Знахарь, конечно, многому его научил, но перворожденные не просто делали выпады и ставили блоки, они танцевали, парили над землёй. Одно движение плавно и незаметно переходило в другое так гармонично и четко, что дух захватывало.
- Да. Джедаи отдыхают.
- Что, прости? - Жнец не заметил, как капитан стражи Диграсса оказался рядом.
- Просто мысли в слух.
- Вижу тебе интересно фехтование.
- Ещё как.
- Я мог бы показать тебе несколько способов работы с Ненавистью. Конечно, полное обучение займёт не один год, но кое-чему можно научиться и за несколько факелов.
- Я был бы очень признателен тебе за науку Диграсса.
- Тогда покажи мне, что ты уже умеешь.
Капитан вручил жнецу сук, отдалённо напоминающий короткую катану, и стал в стойку. Сет сделал несколько пробных выпадов. После чего стал яростно атаковать всеми известными ему способами. Несмотря на то что перворожденный всегда стоял рядом и почти не сопротивлялся, деревяшка лишь рассекала воздух совсем рядом с ним, так ни разу и не прикоснувшись к телу эльфа. Сет уже стал подумывать, что Диграсса и вовсе бестелесный дух настолько близко клинок пролетал мимо, не встречая никакого сопротивления, когда капитан вдруг сделал неуловимое движение и сбил жнеца с ног.
- Ну что ж. Определённые навыки у тебя уже имеются. Могу дать несколько советов. Во-первых, не держи клинок обратным хватом, для начинающего воина это чревато возможностью задеть самого себя. Такое оружие как Ненависть не прощает промахов даже своему владельцу. Будешь использовать его так, когда наберешься опыта. Во-вторых…
Перворожденный стал объяснять и показывать и снова объяснять. Ничего сложного в том, чему он обучал Сета, не было. Многое тот знал и сам, различия заключались лишь в определённых позах и напряжении или расслаблении определённых групп мышц, слегка изменённом наклоне лезвия при атаке, перенесении точки опоры на другую ногу, даже замены выдоха на вдох при ударах. Однако использование этих маленьких хитростей совершенно меняло стиль боя. Сет просто физически ощущал, как меняется скорость, и сила удара, если делать, так как говорит капитан. И ещё у него было одно большое преимущество, перед другими учениками: проделав движение один раз, его тело навсегда запоминало последовательность действий. Нужда в повторении начисто отсутствовала. Даже Диграссу несколько обескуражило, что Сет, за каких то четыре факела умудрился запомнить и главное идеально воспроизвести столько финтов, сколько иные подопечные капитана учили месяцами.
Напоследок эльф преподнес жнецу ножны для Ненависти и объяснил причину, по которой эти клинки снискали дурную славу. Лезвие короткого меча не было цельным. Дымчатая сталь клинка, с помощью специальных условий ковки, была испещрена множественными отверстиями и углублениями. В сердцевине же лезвия была небольшая пустота. После кузнечных работ клинок на неделю помещали в ядовитый мох выращиваемый перворожденными. Мох врастал в лезвие и навсегда оставался опасным гостем меча, питаясь влагой оседающей на нём и кровью жертв. Яд, выделяемей этим растением оправданно считался одной из самых жутких субстанций - вызывая неимоверные приступы боли при соприкосновении с нервными окончаниями жертвы. Впрочем, многие рассказы о жутких смертях от него, были просто сказками, яд не являлся смертельным.
