В это же время источник Евгения Белова постоянно находился в движении. Мужчина был готов сделать все возможное, чтобы попытаться спасти свою племянницу несмотря на то, что его противником могла стать сама экс-императрица, Анастасия Романова, а также несколько сотрудников Тайной Канцелярии, один из которых вовсе являлся Неограниченным Одаренным — граф Темников.
Конкретно сказать, что происходило внутри головы Юлии, было невозможным. Я попросту не обладал способностью как-либо заглянуть внутрь, чтобы увидеть то, как девушка выступает путеводителем по чертогам своего разума, или то, как Кей пинает зазнавшуюся экс-императрицу, когда та замышляет нечто недоброе.
Хотя, признаться, я не думаю, что Анастасия изначально планировала как-либо воздействовать на Юлию, кроме просмотра ее воспоминаний. Да, несколько попыток, судя по искривлениям лица женщины, было осуществлено. Однако, думается мне, сделаны они были из-за того, что девятихвостая благополучно раздраконила мать императора, вследствие чего она решила отыграться, находясь уже внутри. Точнее сказать, попыталась.
Время, затраченное на процедуру ментального дознания Беловой, стремительно приближалось к пятнадцати минутам. Лица участников перестали выражать какие-либо эмоции.
И вот сейчас, на шестнадцатой минуте, по щеке Анастасии скользнула одинокая слеза, в то время как Кей скривилась в отвращении. Юлия же в моменте никаких эмоций не проявила, что говорило о принятии девушкой своего болезненного прошлого.
На одной слезе, слетевшей с глаз экс-императрицы, дело не закончилось. На лице Анастасии эмоции стали сменяться одна за одной, начинаясь с печали и заканчиваясь жгучей ненавистью. Пока в какой-то момент Романова резко не отпрянула ладонью от головы Беловой.
— Думаю, на этом можно остановиться, — глухо, с некой хрипотцой, проговорила экс-императрица.
В подробности издевательств над Юлией со стороны ее родственников я никогда особо не вникал, и, честно признаться, очень сомневаюсь, что мать императора легко впечатлить. Однако же увиденного в чертогах разума княжны Беловой оказалось достаточным для того, чтобы женщина оказалась в некой прострации.
В отличие от Анастасии, Кей покидать голову Юлии не торопилась. На лице девятихвостой лисицы взыграл оскал, от взгляда на который Евгений отчего-то слегка побледнел. Он попытался было двинуться в сторону своей племянницы, однако был остановлен моментально оказавшейся рядом с ним Чайей. Похоже, богине было известно больше остальных, однако вряд ли это кого-либо успокаивало, поэтому последующий вопрос был крайне очевидным:
— Что она делает? — спросила Анастасия, переведя на меня свой затуманенный взгляд.
— Не знаю, — спокойно ответил я, пожав плечами.
— Новиков, ты не знаешь, что делает твой фамильяр? — проморгавшись в попытке вернуть трезвость ума, спросила Романова.
— Такое случается, — хохотнул я. — В конце концов Кей — самостоятельная личность, которая связана со мной, как с Одаренным. Есть вещи, которые она не хочет мне рассказывать. Поначалу…
— Очень интересно, — заключил Темников, подойдя немного ближе. — Говорить о том, что ваш фамильяр, Александр Петрович, решила сделать то, в чем подозревала Ее Императорское Величество, — глупо, — констатировал мужчина.
— Разумеется, — сходу согласился я. — Если бы я хотел подчинить Юлию силой, то смог бы сделать это когда угодно.
— Вот и я о том же, — закивал граф и, сложив руки за спину, продолжил: — Полагаю, сейчас в разуме княжны Беловой происходит то, что необходимо самой девушке.
— Именно так, — подтвердила слова Темникова графиня Голицына, что до этого момента была тише воды, ниже травы. — По отголоскам разума Юлии, да и по внешнему виду девушки в целом, можно сделать вывод, что она никак не сопротивляется оказываемому на нее в данный момент времени воздействию.
За свой комментарий Ольга удостоилась обжигающего взгляда со стороны Анастасии Романовой. Та буквально дыру в графине пыталась прожечь. Полагаю, это из-за того, что Голицына сделала замечание раньше экс-императрицы, которая считала себя Одаренным-менталистом высшей категории. Что-то мне подсказывает, что Ольге являться сотрудником Тайной Канцелярии осталось совсем недолго.
В это же время Кей и Юлия наконец-то раскрыли свои глаза, после чего демоница медленно, не так, как это сделала экс-императрица, убрала свою руку от головы княжны. На лице Беловой взыграла робкая улыбка, а затем сама девушка перевела свой вопросительный взгляд на Анастасию, ожидая ее вердикта.
— Юлия, могу смело заявить, что в ближайшее время ты сможешь спокойно появляться в общественных местах, не боясь преследования со стороны власти. Тем не менее, реакцию народа Российской империи предсказать довольно-таки просто: боюсь, что тебе в первое время придется столкнуться с предвзятостью со стороны общества, а также обвинениях в том, чего ты, по факту, не совершала. Обещаю, что Род Романовых в ближайшее время решит этот вопрос, донеся нужную информацию до большинства граждан, — развернуто произнесла Романова.
