Дождавшись, пока Анна меня догонит, я двинулся дальше по коридору. Больше нам не встречалось скоплений монстров, лишь изредка мы устраняли одиночные цели. Однако я знал, что мы движемся в правильном направлении. Способность чувствовать души тварей у меня никто не отнимал, так что я прекрасно видел их скопление в одном из дальних помещений.
Я изначально выбрал то крыло подземной части моего имения, где тварей было больше. Зубинина и пару гвардейцев я отправил по пути «наименьшего» сопротивления. Во-первых, монстры были чересчур опасны. Во-вторых, требовалось не мешкая расправляться с пауками, чтобы не упустить возможности спасти мохнатую зазнобу. К тому же за это время командир гвардии со своими подчиненными смогут зачистить остальную часть помещений, занятую монстрами.
Присутствия хвостатой я, однако, не ощущал. Полагаю, что это из-за свойств паутины Шелкопрядов Судьбы.
Чайя упоминала, что с каждым витком, существо все дальше отдаляется от мира, в котором оно существовало. Похоже, Кей находится в самом что ни на есть настоящем коконе, а не просто увязла в паутине. К сожалению, даже наша Духовная связь не помогала мне отследить местоположение демоницы.
Тем не менее, во мне присутствовала четкая уверенность, что она где-то рядом. Моя хвостатая помощница ждет, пока я ее спасу. И разочаровывать демоницу я не планировал.
Поудобнее схватив духовный клинок, я ускорил свой шаг к скоплению иномирных тварей.
Кей было больно. Она не могла понять, где находится. Не чувствовала своего тела. Не чувствовала своих хвостов. Но боль пронзала все ее естество, не давая осмыслить происходящее и застилая разум.
«Я не могла потерять их снова! — скользнула мысль в ее голове, однако разум, помутившись, сменил ее другой: — Кого их?»
Кицунэ попыталась оглядеться, но у нее ничего не вышло. Или вышло?
Она, словно бесформенное нечто, скользила по пустоте. Ее мысли не могли сформироваться во что-то единое, цельное.
— Опять ты здесь, — раздался со всех сторон голос с абсолютно ровной интонацией.
— Кто ты? — спросила Кей. — Кто я?
— Хм… А в прошлую нашу встречу кичилась своими силой и происхождением. Просила дать тебе шанс, чтобы стать свободной от гнета человеческих ритуалов, — спокойно отмечал неизвестный. — И что я вижу? Связь с человеком, да еще такая сильная, что ее отголоски достигают тебя здесь. Она сделала тебя слабее? Настолько, что не можешь вспомнить свое истинное «я»?
— Закрой свой рот! Ты ничего о нем не знаешь! — огрызнулась Кей.
— О ком? — насмешливо спросил таинственный голос.
— О… — девятихвостая лиса осеклась.
Она не могла вспомнить ни его имени, ни его лица. Единственное, что у нее осталось это неведомое теплое чувство, разлившееся по ее бесформенному телу и сменившее собой боль.
— Не мучай свой разум, — снисходительно посоветовал неизвестный. — Ты себя вспомнить не можешь. Стоит ли говорить о ком-то еще?
Кей замолчала. Она прислушивалась к самой себе, пытаясь понять, что происходит. Кому принадлежит этот голос? Почему она вынуждена отвечать на его вопросы? Кого она забыла? Кем является она сама?
— Кто я? — вырвалось у нее само собой.
— Ха-ха-ха! — внезапно развеселился голос. — Что что, а на этот вопрос уж точно не мне отвечать, — продолжал хохотать неизвестный, пока в один момент резко не умолк: — Решать, кем ты являешься, лишь тебе самой.
"Мне самой? — подумалось демонице.
— ОТВЕТЬ УЖЕ, КОВРИК ПУШИСТЫЙ!!!
Окружающее пространство содрогнулось от громогласного крика. Но забывшая себя кицунэ сразу поняла, что принадлежал он не тому же существу, с которым она ведёт диалог.
— Похоже, это тебя, — хмыкнул знакомый голос, что стал, казалось, более приглушенным.
— Не смешно, — фыркнула Кей. — Кем кем, а «пушистым ковриком» я точно не являюсь.
— Точно? — с насмешкой спросил неизвестный. — А кем являешься? — кицунэ молчала, не зная, что ответить. — Откуда в тебе присутствует такая уверенность, что ты не «коврик»? Ты ведь не помнишь, кто ты есть!
— Если ты таким образом пытаешься мне помочь, то выходит у тебя, откровенно говоря, прескверно, — огрызнулась кицунэ.
— Я? Помочь⁈ А-ха-ха, — вновь рассмеялся голос. Его хохот был настолько громким, что Кей попыталась прикрыть свои уши.
«Уши? — подумала кицунэ. — У меня нет тела, как я могу прикрыть то, чего не существует?»
От обилия вопросов естество Кей взорвалось приступом боли. Вместе с этим перед ее взором постоянно мелькала картинка, на который была изображена пара лисьих ушей.
— Я не помощник, — продолжил тем временем голос. — Мне просто довелось наблюдать за тобой, вот я и наблюдаю.
— Вот и наблюдай молча! — фыркнула Кей.
Собеседник умолк, а сама кицунэ пыталась успокоить свой разум.
«Не все так плохо, — резюмировала свое положение Кей. — Я мыслю, следовательно, я существую. Осталось намыслить свои воспоминания, чтобы понять, кем же я являюсь.»
