Не дожидаясь ответа, я направился на выход из кабинета командира пункта Стражи. Уверен, что теперь Долгоруков не станет относиться к моим словам легкомысленно. К тому же я смогу проверить, прислушался ли он ко мне, с помощью той же Голицыной, которая все еще находится в плену своего разума.
На обратном пути к контрольно-пропускному пункту меня решил сопроводить дежурный по пункту. Без всяких слов он просто встал рядом со мной, отгоняя своим присутствием особо любознательных офицеров. Тем не менее все же нашлись особо ретивые индивидуумы, которые плевать хотели на дежурного, потому как были старше его по званию и занимали более высокопоставленную должность. Таких я попросту игнорировал, а одного и вовсе совсем не по-аристократически послал в долгое пешее путешествие.
Пройдя через КПП, увидел перед собой весьма занимательную картину: моя небольшая колонна техники была со всех сторон окружена броневиками, на бортах которых был изображен герб незнакомого мне Рода. По крайней мере, я его не запомнил, а значит не посчитал его важным.
«Минск, как всегда, встречает нас дружелюбностью, теплотой и уютом, — усмехнулась Кей с сарказмом в голосе. — Похоже, я начинаю влюбляться в этот город. Здесь очень весело.»
Сходу бросаться грудью на амбразуру мне не хотелось. К тому же незнакомцы меня не заметили, потому как были чересчур увлечены диалогом с гвардейцами моего Рода во главе с Кузнецовым. Благодаря этому я смог сразу же исчезнуть в Тени и понаблюдать за развитием событий без моего непосредственного в них участия.
Люди, блокирующие нашим автомобилям проезд, мне сразу не понравились. Натянутые на лица ухмылки, направленные сверху вниз взгляды, напускная расслабленность — все это сигнализировало о том, что они пришли не знакомиться, а говорить с позиции сильного. Сильнее они было лишь по их субъективному мнению, но вряд ли незнакомцы смогут принять иную точку зрения. Особенно сейчас, когда их больше, и они, судя по всему, на своей территории, раз наличие Минского пункта Стражи в непосредственной близости их не напрягало.
— Ну, где ваш граф⁈ — с пренебрежением спросил один из незнакомцев. — Наш господин хочет с ним поговорить. А заставлять его ждать я не советую, ведь он этого делать совсем не любит.
— А ваш господин согласовал его встречу с Его Сиятельством? — спокойно, сложив руки за спиной, спрашивал Кузнецов, никак не реагируя на «игру мускулами» со стороны представителей того, кто «ждать не любит».
— Подобные пустяки, как согласование встречи с захолустным графом, нашего господина не волнуют, — отмахнулся мужчина, скривившись. — Так что я вам рекомендую поторопить Новикова, который посмел явиться в этот город, не предупредив его хозяина.
— Даже так, — присвистнул Виталий Федорович. — Не знал, что Минск, который, как и практически вся территория Российской империи, принадлежит имперской семье, или на крайний случай князьям Беловым, внезапно перешел во владение неизвестного никому из нас Рода, — задумчиво потерев подбородок, проговорил Кузнецов и, опомнившись, сразу добавил: — Ах да! Я бы не сказал, что Его Сиятельство — граф захолустный. Хотя, если вы, сидя тут, считает столицу захолустьем, то не мне вас винить в вашей недальновидности.
— Впервые вижу, что кто-то нарывается на конфликт несмотря на то, что находится в меньшинстве. Видать, и вправду говорят, что у Новикова не все дома, раз его люди позволяют себе подобное, — хохотнул мужчина, на что товарищи поспешили поддержать его веселье.
Вместо какого-либо очередного язвительного ответа, Кузнецов как-то разочарованно выдохнул и взглянул на наручные часы.
— Может, ваш господин заметил, что вы окружены, и вновь решил к Страже присоединиться вместо того, чтобы разговор вести, — слетела очередная шутка с языка особо говорливого незнакомца.
«Он меня бесит, — внезапно проговорила мыслеречью демоница и сразу заискивающе спросила: — Давай я его испепелю?»
«Не стоит, — отмахнулся я. — Кузнецов сам разберется.»
В это же время Виталий Федорович проигнорировал незнакомца, на что тот зло скрежетнул зубами. В этот момент к бывшему бойруку подошел один из гвардейцев моего Рода, после чего нарочито громко спросил:
— Что думаете, Виталий Федорович? — Кузнецов перевел заинтересованный взгляд на гвардейца.
— Да вот из одной войны вышли, в новую вступать без прямого согласия Александра не хотелось бы. Да и император запретил междоусобицы… — честно ответил бывший бойрук. — Хотя по-другому здесь вряд ли получится…
— Думаете, успеем прибраться, пока босс не вернётся? — забавно, что привычку звать меня «боссом» гвардейцы подхватили от Аркадия с Иваном, однако в моем непосредственном присутствии все еще называют меня, как положено, «господином».
— Мы вообще-то здесь! — встрял в разговор Кузнецова и гвардейца незнакомец. — И если ваш граф не вернется в течение десяти секунд, то все вы — покойники! Раз…
— Раз нам уже напрямую угрожают смертью… — невыразительно пожал плечами Кузнецов, что гвардеец различил как знак согласия.
