— Судя по тому, что я увидела на подъезде к твоему поместью, у твоих врагов своих проблем хватает, — скрестив руки, покивала в такт своим словам Анна. — Пол-лесополосы вдоль дороги выжгли, а трупов нет. Твой подчерк. Да и несмотря на то, что это вторая попытка нападения на тебя со стороны Сахаровых и Курчатовых, тела своего вассала, Подпевалова, никто так и не снял. Бедолага все ещё висит пригвожденным к выжженному дереву, что оказалось единственным уцелевшим в радиусе нескольких сотен метров.
— Что с моими людьми? Что с Наташей? — вспомнив о самом главном, спросил я.
— Не знаю, — пожала плечами Анна. — Сестру твою я не видела, как и основную массу остальных людей. Только Антон Васильевич на пару с Кузнецовым ходят с угрюмыми минами.
— Аннет? — кто, если не эльфийка, могла знать о своих пациентах.
Девчонка нехотя от меня отстранилась и, выдержав театральную паузу, начала свой рассказ:
— Знаешь, дядя Саша, когда тетя Чайя принесла тебя, я очень испугалась, — шмыгнула носом Аннет. — Потом она начала приносить какие-то непонятные штуковины, от которых несло твоей силой. Темные такие, сложные…
— Коконы, — подсказал я эльфийке.
— Да! Точно! — воскликнула Аннет, с благодарностью взглянув на меня. — Тете Чайе пришлось самой их всех переносить, ведь тетя Кей уснула вместе с тобой и не могла помочь, — вновь приуныла эльфийка. — Знаешь, как я удивилась, когда узнала, что внутри этих темных штуковин мои пациенты⁈ И вот тогда-то я засомневалась, да-да: то ли мне радоваться, что стольких можно вылечить; то ли печалиться из-за того, что много людей, которые всегда были ко мне добры, пострадало, включая Наташу.
— «Тетю» Наташу? — с усмешкой добавила Анна, сделав акцент на первом слове.
— Не-е-е, — протянула в ответ эльфийка. — Ну какая она «тетя»? Она же еще совсем маленькая, — от такой непосредственности у нас сами собой появились улыбки на лицах.
— Где теперь Коконы? — опомнившись, спросил я.
— Так все, нет их, — развела руками Аннет, чуть было не свалившись с моих колен, на что мне пришлось ее подхватывать, спасая от падения. — Мы переместились в замок, где тетя Чайя снимала этот Кокон, а я лечила. Пришлось попотеть, конечно, но мы справились, да! Не стали переправлять людей обратно, оставив отлеживаться в замке.
— Всех? — уточняюще спросил я.
— Нет, — отрицательно покачала головой девчонка. — Иногда тетя Чайя просила меня закрыть глазки, а потом было слышно нечто, очень похожее на мольбу о пощаде. А когда я открывала глазки, то никого уже не было.
Анна помрачнела, а я призадумался. Чайя хоть и была весьма жестока, но излишней кровожадностью все же не обладала. Не думаю, что богиня решила всех спасенных мной бойцов противника единолично приговорить к смерти, став их судьей и палачом в одном лице.
На этом моменте я скинул Аннет на кровать, заставив ее надуть щеки в недовольстве, а сам поднялся, встав на ноги. Прислушался к своим внутренним ощущениям и понял, что бодр и свеж. Разве что в ближайшее время о Теневом Призыве Грозового Левиафана думать не стоит.
К тому же я был еще вдобавок и чист. Судя по всему, меня, покамест я был в бессознательном состоянии, кто-то заботливо решил отмыть. Что ж, спасибо ему большое, кто бы это не был.
Я прошел в угол комнаты, где стоял шкаф с моей одеждой. То, что я щеголял в одних трусах, похоже, никого не смущало, включая меня самого, однако все же следовало приодеться. Граф-эксгибиционист — это что-то новенькое.
Облачившись в один из своих костюмов, связал свои распущенные волосы в хвост, после чего подхватил Аннет на руки и, поманив за собой Анну, вышел из своей комнаты в коридор.
Хотелось сразу рвануть в Рифт под поместьем, однако миновать находящуюся в гостиной Оксану удалось бы лишь с использованием Теневого Шага. Пусть девушка и не выглядела чересчур встревоженной, все же решил показаться ей на глаза.
— Ну наконец-то ты очнулся! — воскликнула Оксана, стоило мне появиться у нее на глазах. — Смотри, — моя невеста поманила меня к себе, не обращая внимания ни на Анну, ни на Аннет на моих руках. Подойдя ближе, я понял, в чем причина такой увлеченности. — Какое лучше?
Передо мной на журнальном столике были разбросаны фотографии. На них была изображена Оксана в трех разных платьях. Единственным, что объединяло наряды, был лишь их изумрудный цвет.
— Это пусть и нравится мне больше всего, но все же чересчур откровенно, — указал я на фотографию, где Оксана была одета в платье с оголенными плечами и глубоким декольте. Такого моя невеста на людях носить не должна. — А это, наоборот, заставляет выглядеть тебя чуть ли не монашкой, — ткнул пальцем в платье, которое закрывало абсолютно все, начиная от шеи и заканчивая щиколотками. — Этот вариант идеален, — указал на последнее изображение Оксаны. — В меру открыто, в меру закрыто. То, что нужно, — хмыкнул я.
— Мне тоже больше всего понравилось платье с одной бретелькой, — улыбнулась Оксана.
— А тебе зачем? — удивился я. — Решила пополнить свой гардероб?
