– Смешно, ага. – Попробовавший бренди Джек скривился и глянул на выскочившего из задней комнаты паренька: – Четыре минуты.
– Проходите, – указал на распахнутую дверь тот.
– Хороший мальчик, – усмехнулся я и остановил рыжего пройдоху: – Здесь жди.
– Точно?
– Угу.
Я сунул ему шляпу с плащом и направился в заднюю комнату.
Ленивец – высокий, но сильно раздавшийся вширь мужчина средних лет – сидел за обтянутым зеленым бархатом столом и вертел в руке вытащенную из валявшейся перед ним колоды карту. Больше в комнате никого не было. Две распахнутые настежь двери – и мы. Ну да лишние уши сейчас ни к чему.
– С чем пожаловал? – без особой приязни поинтересовался толстяк.
– Поговорить.
Я уселся за стол, пригляделся и без особого удивления увидел, что в пухлых пальцах собеседника зажат
– Говори, – поморщился Ленивец.
Все верно: особо радоваться моему визиту у него причин не было. И пусть с тех пор, как я выбил из него принадлежавшие Мешку Костей деньги, прошло уже немало времени, такое не забывается. С другой стороны, доложи я тогда Ошу, что Ленивец знал, в чей карман запустил руку, и для него все закончилось бы много-много печальней.
– У меня из-под носа увели одну вещь, очень надо ее вернуть. Сама по себе ценности она не имеет, но кое-кто должен был заплатить за организацию кражи немалые деньги.
– Ничего такого не слышал.
– Никто не трепался о хорошем заказе со стороны? – ничуть не расстроился я столь холодному приему.
– Треплются постоянно, большей частью привирают.
– Во-первых, заказ со стороны. Во-вторых, тот, кто провернул это дельце, набивать себе цену не будет. Трепать языком тоже. Отдаст долги, перестанет брать заказы, уйдет в тину. Загуляет. Или и вовсе пропадет. Что скажешь?
– Надо подумать, – нахмурился толстяк. – На меня ссылаться не будешь?
– Зачем? Мне даже исполнитель малоинтересен, все вопросы к заказчику.
– Насколько серьезное было дело?
– Дело было продуманное. Никаких мальчиков с кастетами и дубьем.
– Значит, молодняк в расчет не принимаем, – пожевал нижнюю губу Ленивец. – Остальных можно по пальцам пересчитать.
– Карп, Грым, Аг Шанге, Жиль Закиль, Валентин Лист, – начал перечислять я.
– Карп в «Ржавой кирке» очередной срок мотает. Грыма в том году под пирс отправили. Шанге с Виком Реей чего-то не поделил и от греха подальше в Арлон перебрался. Лист спился, никто ничего серьезного ему не предложит. Жиль – Жиль мог.
– Кто еще?
– Август Вармине, Ник Лаурай, Якоб Ланц, Курт Бьорк…
– По ним что-нибудь скажешь?
– Август две декады назад в долг взял, но до сих пор не отдал…
– Возможно, исполнитель уже в канале с камнем на шее плавает, – предупредил я.
– Этот живехонек, я к нему позавчера парней отправлял. На нулях. Ник… – поморщился Ленивец и почесал лоб. – Ник гнильцу в человеке сразу чует. К делу, где от исполнителя избавиться собираются, он и близко не подойдет.
– Скользкий тип, – согласился я с толстяком.
– Остаются Закиль, Ланц и Бьорк. Поговори с ними, я тебе больше ничем помочь не могу.
– Точно?
– Точно. Разве что…
– Что? – заметив задумчивость собеседника, поторопил его я.
– Ловкач мне долг вернул и от игры в карты на очень хороших условиях отказался. Но это еще ни о чем не говорит.
– Ловкач? Это Якоб Ланц который?
– Он самый.
– А с кем он работает?
– С Марти Шиллером какие-то дела обделывал, но не так давно между ними черная кошка пробежала. Хотя видели их вроде бы на днях вместе. А вообще он с Ивом Талансом в неплохих отношениях.
– Знакомое имя…
– Меняла с Монетного бульвара, – пояснил Ленивец и вдруг встрепенулся: – Да, когда Ланц от игры отказался, я к Закилю человека направил, но его найти не смогли. Он вообще как-то давненько уже запропал…
– Благодарю. – Я поднялся из-за стола. – Где Ловкача найти, не подскажешь?
– Он неподалеку от площади Грегора Первого квартиру снимает. Если в сторону порта по Янтарной идти – второй дом тебе нужен.
– А Марти Шиллер где обретается?
– То тут, то там. За ним не слежу.
– Закиль?
– Комнату снимает на мансарде «Хромого бродяги».
– Там по-прежнему Ерш за главного? – припомнил я прозвище управляющего доходным домом.
– В том году еще преставился, – покачал головой толстяк. – Захар Сонник вместо него.
– Не знаю такого.
– Ничего не потерял, гнилой тип.
– Бьорк?
– С ним не работаю.
– Понятно. Будут проблемы, обращайся. Если узнаешь чего – тоже.
– Тьфу-тьфу-тьфу, – скривился Ленивец. – Не надо нам проблем. Мы люди маленькие.
– Ну-ну, – фыркнул я, вышел в общий зал и махнул рукой допивавшему явно не первый стаканчик бренди Джеку.
Тот отсалютовал мне рюмкой, опрокинул в себя ее содержимое и нетвердой походкой направился на выход.
Но стоило захлопнуться за нами двери кабака, как с рыжего пройдохи в мгновение ока слетел весь хмель.
– Узнал чего? – поинтересовался он.
– Возможно, возможно…
