Джанн насмешливо фыркнула, а я стоял на расстоянии пары метров от Сури, разглядывая свою руку, больше от неожиданности, потому что повреждений не было. На самом деле я неправильно повёл себя, нельзя было отскакивать, она не хотела плохого, но, в итоге, испугался сам и её напугал. Чу заворчала, но не удосужилась даже пошевелиться. Сури озадаченно потянула ко мне морду, но не шагнула, а зацепила рукав, заставив меня подойти обратно и медленно выдохнула мне в лицо. Я огляделся. Джанн выгуливала высокого фирила светло-серого цвета с тёмными ногами. Важех стоял, прислонившись к боку такого же светлого зверя, и что-то жевал. А крокодилица уже сидела верхом, довольная, в глазах дорожный задор, читай, после меня хоть потоп, даже не оглянусь.
— Ну что, голубчики, можно ехать.
— Как это? Мне ещё вещи дома собрать. — Важех чуть не подавился. Так и без проводника остаться можно.
— Во-первых, у тебя неприятности и посещение твоего дома может привлечь нежелательное внимание, во-вторых, там есть что-то настолько важное? — Юноша растерялся.
— Нет, но тёплые вещи и деньги в тайнике.
— Ты доверяешь Барну? — Кивок в ответ. — Пусть он заберёт деньги из тайника, когда всё успокоится, и отдаст тебе сейчас некоторую сумму. А с вещами решим вопрос, когда это будет необходимо. Сейчас лучше не нагружаться. — Важех ушёл. — Чем ты недоволен, рао?
— Недоволен?
— Ну, тебя что-то тревожит. Если бы всё было нормально, тебя бы не задело ни моё поведение, ни слова Важеха.
— Ты права, но я пока не думал об этом.
— Ахерэ, я всё хотела спросить, что за колечко у тебя на шее?
— Это подарок. Когда я исчез во время шторма, оно осталось при мне, как и браслет Безликого с обручем отражения.
— А верёвка — нет. — Я провёл пальцем по гладкому шнуру на шее, действительно, это совсем другая верёвка, но это не важно, она от океана. Джанн с сомнением, изучающе смотрела на меня, под такими взглядами даже шевелиться трудно. — Я не замечала этой штуки в Мелларне.
— Мне его подарили здесь. Мару-э-реан. Потому Делир и связывал меня с этим народом. — В поле зрения появился Важех, он выглядел безнадёжно. Плохо уходить так, по тлеющим мостам, которые ещё можно восстановить.
— Не только Делир. Хотя ты на них не похож. Любопытно, правда. — Что-то похожее на сочувствие мелькнуло в глазах Джанн, но исчезло, когда Важех посмотрел на неё.
— Можно ехать, я всё уладил.
Я сидел на пеньке посреди кучи хвороста, присыпанной снегом, и наблюдал за Сури. Она оказалась спокойной, но хулиганистой, Джанн назвала это флегматичным свинячеством. Сури мне нравилась.
Деревня называлась Шеша. Мы остановились здесь, чтобы купить еду на дорогу. Крокодилица отправила Важеха в лавку за продуктами и всем необходимым: он лучше знал местные условия. Редкие люди оглядывались на нас. Странные путники в такую погоду, какая может нравиться только детям.
— Что скажешь, рао? — Джанн проводила взглядом старуху, по-моему, я уже её видел. Местный руководитель общественного просвещения. Ну-ну.
— О чём? — На ладонь осел мокрый снежный комок, но не таял.
— О нашем путешествии. Например, куда делся тот кадр, который запустил волну?
— Он не нашёл этого мира. Даже если и нашёл, то не думаю, что жаждет заделаться жрецом, от замка ему надо что-то другое. — Я не прочь поменяться с ним местами.
— Не жрецом. Не кисни по этому поводу.
— Да, действительно.
— Рао, я ведь тебя как за ручку вожу, ты просто не хочешь туда идти, потому и злой такой. — Я закрыл глаза, в темноте лучше думать и легче признаваться в чем-либо, она создаёт иллюзию одиночества, а собеседник кажется обезличенным и незаинтересованным.
— Я боюсь, Джанн. Эта тревога как волна накатывает, когда понимаю, что цель стала ближе. Я даже приблизительно не знаю, чем всё может кончиться. Более того, не думаю, что хочу этого.
— Рао, ты ходишь по кругу, я не стану ничего говорить тебе. Всё уже сказано, но ты и так знаешь. — Да знаю.
— А злой я был, потому что кто-то пытается дотянуться до меня, чужой. Моя везучесть кончилась.
— Значит нам стоит быть внимательнее. Нам следует ожидать божественных проявлений…
— Не думаю, они привыкли действовать чужими руками. Сами вмешаются лишь в крайнем случае, когда я уже стану чем-то другим.
— Погоди, я думала, нам нужно дойти до замка и освободить этого бога, Хана. Или?
— Освободить… Ты знаешь, как это сделать? И как разрушить ракушку созданную богом? Это не легко. Гория этого сделать не может. Значит нужно что-то большее. Например, затащить меня в замок, где Хан имеет Силу, а не те крохи, что рассыпаны по миру. Кем я должен быть, чтобы разрушить созданное Ханом, и что не смогли разнести нынешние боги?
— Ладно, я понимаю. Но тебя просто зациклило на этом. Рао, открой глаза. — Насмешливые глаза Джанн на расстоянии в ладонь. Неожиданно и неприятно, я не услышал, как она подошла настолько близко.
— Любой другой на твоём месте вздрогнул бы как минимум.
— Да уж. — Бывают у людей увлечения мотать чужие нервы.
— Важех идёт. Надо поесть и ехать дальше.