— А вот за это спасибо, — тихо произнёс Анубис и поспешил к выходу.
— Я не договорил, — выкрикнул тот.
— А я не хочу слышать, — Анубис даже не взглянул на него и сделал жест рукой, словно отмахиваясь.
Это движение заставило Сета раствориться в воздухе.
Портер выбежала вслед богу мёртвых. Инпу остановился возле стены в коридоре, и его плечи разом поникли. Он ничего не хотел. Казалось, это было последним, что окончательно убило в нём все чувства разом. Его растерянные глаза скользнули по лицу девушки в последней попытке зацепиться за то, что не даст ему окончательно свалиться в яму отвращения к своему бессмертному существованию. И Линда, сама того от себя не ожидая, как и он, поднявшись на цыпочки, обняла замершего от удивления Инпу. Словно бы имела на это право. Её ладони скользнули по торсу вверх и, охватив плечи, сжали их.
Заключив его в свои тёплые объятия, сочувствуя, прикрыла глаза и хрипло прошептала:
— Ты не один.
Несколько секунд или безвременная вечность сопротивления самому себе, и его руки обняли в ответ, даже сильнее, чем того требовал момент. Сейчас их не разлучило бы даже стихийное бедствие. Оба пропустили тот момент, когда их губы, найдя, утонули друг в друге. Боль и привычное одиночество, создававшие иллюзию того, что ты сможешь справиться со всем один, дали возможность прочувствовать до самых костей и обратную сторону этих двух состояний, окрашивающих жизнь в тёмные тона, — возможность увидеть в другом своё отражение.
Он с жадностью целовал её начавшие опухать губы, податливо полураскрытые ему навстречу, крупные ладони деликатно сжали умащенную маслом кожу плеч. Она отвечала ему не менее напористо. Перед закрытыми дверями судилища великой Девятки. Несмотря на горечь наконец-то высказанной правды, они победили. Бог и смертная. Их услышали. А вспыхнувшая внезапно страсть смотрелась издёвкой над их судьбами. Ведь отпущенный им срок быть вместе истекал, как бы смешно это ни звучало в мире, где времени нет, но другого у Инпу и Бахити не было. Но вот только оба чувствовали обратное, хотя и знали, что в следующую встречу они увидятся лишь на краткий миг: его руки будут укутывать её душу в белоснежный саван и отправлять в вечность.
Они оторвались друг от друга, едва дыша, хотя он всё ещё продолжал обнимать её. Линда, как маленькая девочка, поддалась эмоциям, вспыхнувшим так не вовремя, а внутренний голос твердил: для того, что она чувствовала, более подходящего времени не будет. Тоже самое ощущал Инпу.
— У меня есть надежда, что совсем скоро я смогу обнять своего сына, — прошептала молодая женщина с большим облегчением и в то же время с затаённой печалью.
— В поля Иалу — одна дорога, и ведёт она через владения Нефтиды, а они — переход между ними: верхним миром и нижним миром, миром чудовищ, — Анубис отстранился от Портер, — вряд ли, пока не найдут предателя, нам будет разрешено двинуться дальше её границ.
Линда непонимающе посмотрела на него.
— Ты же бог мёртвых, Инпу, — напомнила ему она.
Тот кивнул.
— Да, я встречаю душу в Дуате и после суда провожаю до земель своей матери, пройти дальше без Анха смертельно опасно.
— Анх? Что за Анх? Это ключ? — спросила девушка, нарушая тишину. — Что может пойти не так?
— Всё, — уже знакомый ей голос прорезал своды коридора.
Из переплетений теней и света, словно призрак, появился высокий мужчина, уже без парика, с перехваченными красной крепкой тканью бёдрами, отдалённо напоминающей схенти, раскосо и густо подведённые глаза встретились со взглядом Бахити.
— Сет, — глухо ответствовал Инпу, гнев поутих, а ещё он почувствовал облегчение, где-то в глубине души бог ощущал, что Сет не мог быть его отцом, — по-моему, там, — он указал кивком головы на дверь, — на судилище, ты мне сказал всё, ещё один весомый повод не видеться вовсе.
— Но я не договорил, — Сет вышел на свет, со злым прищуром оглядывая двоих, — и, да, если ты применишь свою покойничью магию на мне ещё раз, я не буду больше тебя предупреждать, ты отведаешь моей в ответ… в полную силу.
Инпу сжал кулаки, мысленно дав себе команду оставаться спокойным, он предвидел, что именно хотел произнести его уже не отец.
— Странно просить о разговоре и начинать его с угроз? — Анубис усмехнулся и, склонив голову на бок, спросил: — Или ты всё никак не можешь принять причину всей твоей желчи, проливаемой на меня изо дня в день от нерастраченного гнева, ведь и жена любила другого, и дитя не твоё? — его глаза насмешливо сверкнули тёмно-синим топазом, Сет был готов убить его и за меньшее. — Да и разве бесплодная пустыня может впустить в этот мир хоть что-то, кроме своих демонов, а, повелитель песочных барханов и ярости земных царей?
Неожиданно Линда ощутила смрад, отдалённо похожий на тот, что она обоняла на ритуале Косея. Она втянула ноздрями воздух и… ничего. Девушка списала своё состояние на волнение и страх, ставшие её постоянными спутниками в последнее время.
