Линда дремала, иногда выныривая из сна на короткий период времени, и каждый раз успокаивалась, когда видела сидящего с прямой спиной у костра мужчину. Но в очередной отрезок «сон-бодрствование» его тёмная жилистая фигура исчезла из поля её зрения, и молодая женщина, мигом проснувшись, вскочила на ноги. Оглядевшись в поисках Инпу, она заметила того балансирующим возле границы, самим же им и установленной. Мужчина странно покачивался, словно был живым маятником и следовал какому-то своему неизвестно кем установленному ритму.
Портер аккуратно подошла сзади и обогнула его, стараясь не наступать на границы поля, где они, по словам бога мёртвых, оставались в относительной безопасности. Глаза древнего бога были сомкнуты, на лбу билась сильнейшим напряжением жилка, пот проступил крупными каплями, помимо раскачивания в стороны, Инпу била дрожь. Он явно не мог себя контролировать, находясь не здесь.
Линда не знала, что ей сделать, и тихо, с отчаянием в голосе позвала его по имени. Бог замер, а за очерченным им кругом нечто взвыло. Девушка побледнела и ощутила на своём предплечье мёртвую хватку мужчины. Она взглянула в его лицо, Инпу смотрел на неё мутным, невидящим взглядом, будто он был не здесь, а следом за ним и Портер, задрожав, провалилась в бушующую песчаной бурей пустыню. Теперь пришла её очередь вцепиться в руку бога. Вокруг них бесновалась стихия, и не думающая завершаться, разыгрываясь всё интенсивнее. Песок так и норовил забиться им в глаза.
— Инпу, — закричала что есть силы и встряхнула того за предплечье.
— Нет места человеку здесь, — хрипло выкрикнул он, и девушка почувствовала, как её ног коснулась влага.
Она опустила голову и ужаснулась, их ноги по щиколотку погрузились в тёплую бурлящую красную субстанцию.
— Нет места ему и тут, — вновь проговорил Анубис, и пространство вокруг освятила огромная кровавая Луна.
— Это кровь, — с ужасом в голосе проговорила Линда, — где мы? — выкрикнула она и вновь предприняла попытку вывести мужчину из транса.
— Нет места человеку нигде, — также обречённо.
— Что ты такое говоришь? — кровь продолжала прибывать.
— Боги велели собрать жатву, — в голосе проскользнуло сожаление, вибрация его тела передалась и ей, хопеш в другой его руке жаждал крови ещё.
— Инпу, — Линда крикнула что есть силы, — крови уже по колено, что ещё нужно богам?
Она не думала, что бог услышит её, а тем более заговорит с ней. Девушка вздрогнула, когда услышала негромкое, хриплое, вынужденное оханье и острый пронзительный взгляд внимательных глаз.
— Инпу! — выкрикнула Линда с отчаянием и закрыла уши руками, испугавшись, что звук мощно отразился от небесного свода, вернувшись к ней троекратно, вокруг неё кровь забурлила, раздавшись в стороны, откатываясь, вновь явив пески.
Девушка растерянно озиралась вокруг, не зная, где она, что делать и куда идти дальше. Она оглянулась по сторонам. Полная кровавая Луна, осветившая пространство, бросала причудливые тени на песок. Песчаные барханы ожили, зашевелившись, восстав исполинскими фигурами, двинулись к ним. Линда пыталась растормошить бога, но тот вновь не обращал на неё никакого внимания.
Фигуры, остановившись возле Анубиса, пророкотали, показав на разные части света, каждый в свою сторону:
— Господин Запада, ты выполнил волю богов, собрал хороший урожай, пора уходить.
На лице бога мёртвых отразилась внутренняя мука.
— Они повинны лишь в том, что умны и быстро учатся, — его голос был глух, в мгновение ока он стал таким же высоким, как те, что были господами Востока, Севера и Юга, Инпу склонил голову вниз и показал огромным пальцем на Линду, — а она?
— Она та, что была подле тебя, тебе решать, что делать с ней, — ответил тот, кто показывал на Юг.
— Я помню её и не помню одновременно, — растерянно произнёс Анубис, обдумывая дальнейшую судьбу девушки, затем, присев на корточки, склонил голову набок.
— Бахити, — прошептала она и увидела в его огромных глазах белое поле снега и бегущих по нему в радостном порыве двух волков, отличающихся только по цвету шерсти.
Молодая женщина поняла, что тот весь был в своих снах, воспоминаниях, пророчествах. Время перемешалось, над ними были чужие звёзды, чужое небо, под ногами — чужая земля, но она верила в то, что они были друг другу не чужими, пусть и ненадолго.
— Проси — исполню, — наконец-то произнёс господин Запада.
Линда растерялась настолько, что все более-менее связные мысли выскочили из головы. Пожелать мир во всём мире? Вечные блага для всех ныне живущих? Нужно было что-то срочно сказать, попросить у грезящего наяву или во сне бога мёртвых, и Портер выкрикнула:
— Найди оазис среди пустыни по пути в Амат, — совершенно ничего не ожидая.
