Зайдя в свои покои, Кефер сразу же направился к портрету. На нём была вся семья: его отец Ра, мать Неферия — Жрица Луны и единственная дочь царицы Нефертити, Эксатон и сам Кефер. Мальчики различались ещё в детстве. Кефер вздохнул. Он-то ожидал перерисовки всех портретов. Неферия должна была родить им ещё одного братика… Но судьба — штука непредсказуемая и безжалостная. Малыш умер при рождении, мать ушла в свой храм, не перенеся горя, а мальчики росли с отцом…
Кефер внимательно посмотрел на мать. В её идеальные, тёмно-тёмно-синие, почти чёрные, глаза, на серебряные, словно седые, шёлковые волосы и длинное облачение Жрицы Луны.
Но не это было главное… Кефер посмотрел на шею Неферии. Золотой цепочкой, к груди опускался кулон. В виде солнца с кривыми лучами.
— Откуда же он у Лео?
— Кефер! — в дверь постучал Гор. — Лео пришёл в себя. И у него есть новости. Очень интересные.
Фараон вздрогнул и, бросив на нарисованный кулон хмурый взгляд, вышел из комнаты, направляясь к лаборатории Осириса.
Лео сидел на скамье уже без доспеха, с крайне оскорблённым видом.
— Привет, Лео. Ты помнишь, что случилось?
Юноша поднял голубые глаза на Кефера и кивнул. Не дожидаясь, пока попросят, он принялся рассказывать, как у него замигал браслет и он переместился в Египтус. Провалился в пещеру с огромным озером. Услышал крик и поспешил на помощь девушке, на которую напал скорпион.
— Тварюга сбежала. Я уже тоже хотел, а на меня накинулся какой-то ненормальный. Он что-то вопил и плевался. А потом появилась девушка, сказала, что её зовут Элла и они с этим психом — его Рен зовут — здесь одни. Пообещала меня вывести. Ну, я и согласился. Она рассказала мне, что то озеро — озеро Правды. Пообещала отправить, куда мне надо, объяснив, что вход не выход. Сказала, что будет больно. Я зажмурился… Но всё нормально было, я глаза открыл, а там… Ким.
Это имя произвело удар тока. Все отшатнулись.
— Ким? Ты уверен? — тихо переспросил Кефер, туго соображая.
— Ты видел ещё девушек с жёлтыми глазами, золотыми вьющимися волосами — именно золотыми — и обладающих магией Жриц Солнца? Нет, это была она. Я удивился, думал поговорить, а она меня заклинанием долбанула. Ну я кулон успел схватить и всё.
Все замолчали, переглядываясь. Никто не знал, что и думать.
— Одно ясно, девочка там не одна. Я сильно подозреваю, что тот парень и она сама — Солнечные воины. А это нам на руку. — Усмехнулся Гор.
— Хочешь вновь попытаться разговорить того парнишку? — хмуро спросил Кефер, глядя на него.
— Ну, теперь у нас есть верёвочка. Мы можем ему сказать, что мы знаем о двоих ребятах из них…
— Каком парне? — непонимающе посмотрел на них Лео. — Мне сейчас лучше вернуться в колледж. Пока пара не закончилась. Увидят же, что не на месте.
— Хорошо. Как освободишься — возвращайся.
Юноша кивнул и исчез в голубом свечении.
— Приведите из двадцатой камеры юношу, — коротко приказал Кефер стражникам, и тихо сказал самому себе: — Надо созывать совет. Немедленно. Осирис, ты исследовал кулон?
— Этим и занимаюсь… Без сомнения, это вещица — кулон вашей матери. Вот только откуда он у девочки, сказать не могу.
Кефер крепко задумался. Когда у них были Жрицы, Ким перекрасили. Скрывали её золотые волосы, потому что, по законам Жриц Солнца, золотоволосая Жрица должна быть самой главной. Ким об этом, разумеется, не знала. Вот они её и облапошили. Но, понимая, что с людьми из города этот номер не пройдёт, они перекрасили девочку. Бедный ребёнок, пережил полную амнезию, обманы, потом рухнул в подземелье… И выжил!
Про Солнечных воинов Кефер знал лишь то, что они есть. Странные ребята — их не видно, не слышно, не воюют, но зато иногда попадаются. Этот оказывал такое сопротивление, что домой не вернулись три стражника. Со слов живых, Кефер узнал, что юноша вопил нечто про девочку, к которой он обязан вернуться. И что от этого зависят многие жизни. Врал, разумеется, но у него на запястье была выжжена татуировка Солнечных воинов — солнце, выходящее из-за туч.
Юношу ввели в зал, где уже собрался весь Правящий Совет, кроме шпионки Маат. Он гневно посмотрел на Кефера, но ни слова не сказал.
— Мы тебя не мучаем. Ты несёшь заслуженное наказание. Но мы хотели кое-что спросить… Что ты знаешь о девочке, по имени Ким?
Это имя произвело на юношу большое впечатление. Он придушенно охнул, схватился за карман и посмотрел на всех уже не гордо, а испуганно.
— Откуда вы знаете? — впервые за срок, проведённый в пирамиде, разлепил губы юноша. — Я вам про девочку не говорил… Не говорил!!!
Из его глаз брызнули слёзы. Бес поджал губы и дальше говорил уже он:
— Не говорил, мы сами узнали. Ты помнишь, кто она такая? А Рена?
Юноша истерично замотал головой.
— Ничего вам, убийцам, не скажу! Ни слова! Лучше убейте сразу!
Исида поднялась с места и тихо подошла к юноше, положив руку ему на плечо. Он громко рыдал, весь трясся.
— Что такое с этой девочкой? Ты знаешь кто она такая?
— Ничего не скажу-у-у-у-у! — истерично взвыл юноша, схватившись за волосы.
