Лео было даже представить страшно, что было бы, опоздай он ещё на пару минут. Скорее всего, он никогда бы больше не увидел дочку Ра живой. И вместо дня рождения, готовились бы похороны.
Ким сидела на коленях в гостиной и сжимала украшение в виде длинной, толстой, серебряной змеи. Оно медленно и методично душило волшебницу, а снять её у девушки почему-то не выходило. Ким кашляла и царапала тварюгу, уже потихоньку синея. Лео резко подбежал, бросив торт на пол, и тоже попытался вручную снять змею с шеи девушки, но та только сильнее сдавила её. Парень не придумал ничего лучше, чем осторожно, узеньким лучом из браслета, жахнуть по головке серебряную гадину. Та, как живая, тут же замерла и затрясла головой, а Ким, вспомнив наконец про магию, запустила её в ход и буквально выжгла куски змеи. Опасное украшение рухнуло на ковёр, а девушка сильно закашлялась, жадно глотая ртом воздух.
Лео со всей силы схватил её и крепко обнял. Так, что Ким испугалась — ещё один душитель. Но ей было приятно. Хорошо, что он успел. Иначе она бы так и не додумалась использовать магию. Наверняка это украшение подсунул Эксатон. Надо будет в следующий раз заставить родителей проверить все украшения на наличие опасной магии. Почему так не сделали в этот раз? Ладно, главное, что она осталась жива.
— Глупая девчонка. Совсем себя не бережёшь. Ну чего ты на себя зачарованное украшение напялила?
— Я… кха-кха… не знала, что оно… кха… волшебное! Оно не сразу начало меня душить!
Лео отпустил её, но ни он, ни Ким, подниматься с пушистого ковра не спешили. Девушка, смущённая собственным незнанием, нервно теребила платье. Не в силах больше просто сидеть, Лео взял её голову и поднял, крутя так и эдак, внимательно осматривая шею.
— Красивый след. Спиральный. Ничего, скоро пройдёт.
Он опустил её голову, поймав испуганный взгляд. Тут же убрав свои руки, Лео хотел было извиниться, но не успел.
В традициях лучших любовных романов, которые Джульетта пачками читала в библиотеке, Ким набросилась ему на шею, крепко поцеловав в губы. Опешив, парень даже не сообразил, что вообще-то девушек целуют в ответ. Или отпихивают. А не сидят в ступоре.
Оторвавшись от его губ, Ким была просто готова провалиться сквозь землю. И не придумала ничего лучше, как пролепетать:
— А я котлет нажарила. И тортик купила.
— Я тоже, — Лео нашарил упавший торт и приподнял его.
— Я же не люблю «Тирамису»!
— А я не люблю безе.
Ким щёлкнула пальцами, телепортируя торт себе в руки, открыла его и мощно впечатала Лео в лицо, хихикнув. Половина тортика и весь верхний слой остались на лице, а остатки Ким поставила рядом. Это было чревато. Последний фараон схватил коробку и остатки «Тирамису» оказались на лице, и немного в волосах, Ким. Оба сидели, измазанные кремом и шоколадом, моргали, чтобы кусочки не попали в глаза. Первым очухался Лео.
— Не хочешь и не надо. Я сам съем.
Он протянул руку и собрал с щеки Ким торт с кремом и съел.
— Вкусно. Зря ты так. Ух ты, а тут крема много…
Он собрал с носа и тоже слопал.
— Эй! А ну перестань!
— Вкусно же, сама попробуй!
Ким усмехнулась.
— Здесь много крема.
Она снова прислонилась к его губам, но на этот раз лишь облизала их.
— Не многовато тортов-то, а? Я и безе могу съесть!
— Тортиков много не бывает!
После этого было ещё много всего. И свадьбы, и сражения. И везде в конце были тортики. Но это не важно. Ведь тортиков много не бывает.
