Жуазель полностью

Тильтиль(с изумлением замечает, что скворец стал совершенно синим). Да ведь он синий! Он и есть та Синяя птица, которую я должен найти для феи. А вы мне и не сказали, что она у вас. О! Какой синий, синий, как будто шар из синего стекла! (Умоляя.) Дедушка, бабушка, отдайте мне его!

Дедушка. Что ж, пожалуй. Ты как полагаешь, жена?

Бабушка. Что ж, отдадим. Нам он ни к чему. Только и делает, что спит. Никогда не слышишь его голоса.

Тильтиль. Я посажу его в клетку. Да где она? Ах, я забыл ее там, за большим деревом. (Бежит к дереву, возвращается с клеткой и сажает в нее скворца.) Так это правда? Вы взаправду мне его даете? Вот-то фея будет довольна! Вот-то Свет обрадуется!

Дедушка. Знаешь, я за птицу не отвечаю. Боюсь, что она не сможет привыкнуть к суете вашей жизни и вернется сюда с первым попутным ветром. Ну да увидим. Оставь ее пока там, пойдем поглядим на корову.

Тильтиль(заметив улей). А, пчелы! Как они поживают?

Дедушка. Недурно. Не живут тоже, как это вы там выражаетесь, но работают без устали.

Тильтиль(приближаясь к ульям). Ах, как хорошо пахнет медом. Соты, наверное, переполнены. Какие цветы красивые! А сестрицы, которые умерли, тоже здесь живут?

Митиль. А трое братцев, которых похоронили, где они?

Бабушка. Вот они, вот они! Стоило только о них вспомнить, стоило заговорить о них, а шалуны тут как тут.

Тильтиль. Здорово, Пьеро! (Вцепляются друг другу в волосы.) Давай драться, как прежде… А, Робер! Здравствуй, Жан! Волчок свой ты потерял? Мадлена, Пьеретта, Полина, Рикетта…

Митиль. О! Рикетта, Рикетта! Она все еще ползает на четвереньках!

Бабушка. Да, не растет больше.

Тильтиль(заметив собачку, которая с лаем увивается вокруг них). Вот Кики, у которой я обрезал хвост Полиниными ножницами. Она тоже нисколько не изменилась.

Дедушка. Нет, здесь ничто не меняется.

Тильтиль. А у Полины все еще на носу прыщик.

Бабушка. Да, не сходит; ничего не поделаешь.

Тильтиль. Но какой у всех здоровый вид, какие все толстые, гладкие… Какие щечки пухлые! Должно быть, их недурно кормят.

Бабушка. Они поздоровели с тех пор, как перестали жить. Им больше бояться нечего. Никогда не болеешь, нет никаких неприятностей.

(Изумленно.) Что это?

Дедушка. Право, не знаю. Должно быть, часы пробили.

Бабушка. Невероятно. Никогда они не бьют.

Дедушка. Потому что мы о часах не думаем. Скажите, кто-нибудь из вас подумал, который час?

Тильтиль. Да, я подумал. Который час?

Дедушка. Право, не смогу сказать. Потерял привычку считать время. Часы ударили восемь раз. Должно быть, это и есть то, что называется на земле восемь часов.

Тильтиль. Свет ждет меня в три четверти девятого. Фея приказала не опаздывать. Это весьма важно. Я должен уйти.

Бабушка. Нет, нет, вы не уйдете без ужина. Скорей, скорей, накроем стол перед дверью. У меня как раз сегодня чудесный суп с капустой и великолепный пирог со сливами.

Тильтиль. Ну что ж, раз Синяя птица уже у меня. А суп с капустой я так давно не ел. С тех самых пор, как пустился в дорогу. В гостиницах его не подают.

Бабушка. Вот и готово. Садитесь, дети. Если вы торопитесь, нечего терять время.

Тильтиль(жадно хлебая суп). Ну и вкусно! Боже, как вкусно! Хочу еще! Еще! (Размахивает своей деревянной ложкой и громко стучит ею о тарелку.)

Дедушка. Тише, тише, сиди смирно! Все такой же шалун. Вот разобьешь еще тарелку.