Ее однокурсники, уже почувствовавшие вкус праздников и свободы, веселой толпой завалились в гости к Антону Павлючкову, с которым, кажется, все познакомились непосредственно на сессии. Антон не очень-то скрывал, что «культурология как второе высшее» интересует его только в контексте откоса от армии. И что он даже больше всех остальных счастлив своему невероятному, на грани чуда везению, благодаря которому он еще полгода может числиться студентом Института современной культурологии. На удивленные вопросы товарищей он ответил какой-то невразумительной байкой о доставшихся ему на эту сессию по блату аж трех странствующих ангелах-хранителях – как раз по одному на каждый экзамен – и на радостях пригласил всех в свою квартиру рядом со станцией метро «Пролетарская».
По дороге шумная толпа «везунчиков и все еще студентов» совершила набег на ближайший супермаркет. Насколько можно было судить со стороны, в условиях жесткой конкуренции за денежный ресурс предпочтение было отдано напиткам. Кроме шампанского для девочек и пива для мальчиков, был куплен только торт «Захер», причем и его взяли исключительно за название.
К несчастью, шампанское и пиво быстро закончились, а у Антона дома случайно нашелся коньяк. Кажется, «Арарат». После того как благородный напиток был окончательно и бесповоротно освоен, внезапно обнаружилось, что Олесин поезд отправляется через пятнадцать минут и доехать на метро уже не получится, а вызывать такси, наверное, тоже поздно. Однако «Арарат» и шампанское горячили кровь, и Олеся в сопровождении самых активных сокурсников выловила из череды проезжавших мимо машин «Жигули» баклажанового цвета. Под хохот и вопли вспомнивших школьные дискотеки товарищей «Лада-седан! Баклажан!», сама изнемогая от смеха, втиснулась на заднее сиденье и скомандовала водителю: «На Курский, как можно быстрее, пожалуйста!»
– Вам к какому поезду нужно успеть?
Как только дверь машины закрылась, выяснилось, что внутри тихо и как-то светло, несмотря на декабрьскую столичную хмарь снаружи.
– В 23:30 отправление.
– Не успеете.
– А если по двойному тарифу? – Олеся не теряла задора, хотя градус веселья в этой странно уютной внутри машины сразу как-то пошел на спад.
– Я отвезу вас бесплатно. Но на этот поезд вы точно не попадете. Идите сразу в кассу менять билет. Вам вернут все, кроме стоимости плацкарты.
Олеся немного удивилась такой осведомленности и собралась было спросить, откуда этот странный водитель все знает. Сосредоточившись, она наконец посмотрела в его сторону. А он обернулся и взглянул ей прямо в глаза. Олеся, кажется, пропустила несколько ударов сердца.
– Вот мы и приехали.
Олеся очнулась, с усилием будто вытащила себя из черных, как будто даже без зрачков, глаз и растерянно взглянула в окно. За ним действительно оказался Курский вокзал.
– Возьмите, пожалуйста. Вам пригодится. – Водитель улыбнулся, протягивая небольшой бумажный пакетик.
Она вдруг заметила, что на нем твидовое пальто, и, черт возьми, это же самый настоящий Deerstalker. Олеся мельком подумала: если бы не курс по истории костюма, зачет по которому она сдала только вчера, она бы даже не поняла, что за чудо перед ней сидит в этой смешной баклажановой «Ладе». Не удержавшись, она нервно хохотнула:
– Вас, случайно, не Шерлоком зовут? Похоже, в Лондоне погода дождливая.
– Снимаю шляпу перед вашей наблюдательностью, – галантно улыбнулся странный водитель и напомнил: – Вам стоит поспешить.
Олеся схватила протянутый ей пакетик и, на ходу крикнув «спасибо», выскочила из машины.
Минуту спустя все же обернулась, но, несмотря на обычную привокзальную пробку и толчею, машины уже и след простыл. Олеся хмыкнула, заглянула в упаковку. Это был сет столовых приборов – две вилки и два ножа.
– «Все страньше и страньше» – тоже в тему, кстати, примерно из той же степи, – пробормотала она. Потом засунула приборы в рюкзак и переключилась на более насущные проблемы. Поезд действительно ушел десять минут назад. Олеся, конечно, сбегала на платформу, но там уже было пусто и только забытый кем-то целлофановый пакетик медленно порхал на сквозняке, словно прозрачно-белое перо неведомой птицы.
У касс, как водится, толпился народ. Когда подошла очередь Олеси, она протянула свой билет и попросила поменять на следующий поезд.
– Повезло вам – последнее место. С вас еще семьсот пятьдесят рублей, взнос за плацкарту не возвращаем, – равнодушно отчеканила кассирша, и Олеся потянулась к джинсовому кошельку-кармашку, висевшему на шее.
Вот только под рукой ничего не оказалось. Борясь с нарастающей паникой, Олеся растерянно хлопала себя по груди и бокам, заглянула за пазуху и даже за спину. Кошелька нигде не было.
– Девушка, вы платить будете?
– Да, действительно, или освободите кассу, нам нужно успеть на поезд! – зашумела очередь.
