Казалось, что ночи не будет конца,А тьму еще больше сгущает луна.Не я, а другая стоит у окна.И катятся горькие капли с лица.Цепляясь за рельсы, колеса стонали.А мощные фары слепящей метлойПугливые тени с перрона сметали:Направо – мою и налево – другой.Другой, что осталась в коротеньком платье,В последнем, целующем взгляде – прощальном,В сжимающих маминых теплых объятьях,В окаменелом комочке молчанья.Совсем не умея меня провожать,Бежала… бежала за мной бесконечно.Не научилась и я уезжать,По линиям вдоль и по поперечным.Не я, а другая, не тормозя,По рельсам – по линиям маминых слез…Под грохот вагонов – кричала друзьям,А маме – молчала под стоны колес.Так кто же уехал? Не я, а она.Я, мама, осталась во взлете руки.А та – до сих пор стоит у окнаИ пишет – тебе, уже мертвой, – стихи.<p>Роман Зингер</p>

Живет в Канаде. Получил высшее техническое (Канада) и юридическое (Великобритания) образование. Работает архитектором решений, консультантом в сфере информационных технологий. Имеет премии Ассоциации информационных технологий Канады, Microsoft Awards (инновационные технологии).

Круг интересов: классика (в музыке, литературе, живописи), математика и Вселенная, теннис, горные лыжи, поэзия, музыка. Является основателем и ведущим литературного журнала «Романтическая коллекция».

<p>На белом</p>Мы исчисляем рождения в числах,Просто путем восхождения к небу,Где решетом выбираются смыслыТестом любви и февральского снега.Скоро весна. Где-то радостью стонетБрошенной флейтой разбуженный Марсис.Тает снежинка на тёплой ладони.Длится в душе невесомый катарсис.В венах ручей протекает бессонно —Музыкой льется, пророча бессмертье…Каплей вбирая признанья влюблённых,Мифы и песни прошедших столетий.Числа простые с тобой подытожив,В корне любви обведённые мелом —Числа и звуки деленьем разложим,Ноты метелью рассыпав на белом…<p>Алексей Казарин</p>

Автору уже восемьдесят лет. С пяти лет он занимается земледелием. Первым опытом было выращивание арбузов на приусадебном участке родителей в станице Тенгинской Краснодарского края. В семье, где было пятеро детей, автор всегда был за агронома: где и что, как сажать и ухаживать – решал с детских лет только он. И до сих пор имеет несколько дачных участков в пригороде Пскова (общей площадью около 0,4 гектара земли). На его участках чего только нет: и овощи, и фрукты, различные ягоды, лекарственные и декоративные растения. Более пятидесяти лет он собирал все лучшее, что может расти на земле-матушке, как делал это когда-то Лютер Бербанк, о котором он пишет в своей статье.

В соавторстве с Н. И. Курдюмовым создал бестселлер «Дневники умного дачника» (издательский дом «Влалис»).

<p>Жатва жизни</p>

к 162-летию со дня рождения Лютера Бербанка

Иногда Природа, точно на гребнях гигантской волны, рождает из своих глубин выдающихся личностей как будто специально для того, чтобы разом двинуть вперед на целые столетия прогресс всего человечества.

Они родились почти одновременно, оба биолога – преобразователя природы, И. В. Мичурин и всего лишь несколькими годами раньше американец Лютер Бербанк. Работы советского биолога хорошо знакомы каждому, в то время как имя знаменитого на весь мир американского селекционера-дарвиниста (создателя многих сортов плодовых, овощных, полевых, декоративных и других растений), благодаря замалчиванию и проводимой в послевоенное время политике холодной войны, известно в нашей стране лишь узкому кругу специалистов.

Перейти на страницу:

Поиск

Книга жанров

Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже