— Вы оказались правы. — Николсон сделал небольшую паузу. — Кажется, он достаточно прямолинеен в определенных ситуациях.
— Что вы хотите сказать?
— Я хочу сказать, что в руках у него пистолет, направленный на его товарищей, и он не спускает с них глаз.
Фарнхольм воззрился на Ван Эффена и тихо прошептал:
— Вы правы, черт побери.
— Но почему?
— Не имею ни малейшего представления. Но можете мне поверить, мистер Николсон, если мой друг Ван Эффен навел пистолет, значит, у него для этого есть веские причины.
Фарнхольм не ошибался. Прислонившись к перегородке обеденного салона с большой порцией виски в руке, Ван Эффен, с промокшей одежды которого ручьями стекала вода, сжато поведал об этих причинах. Когда на «Керри Дэнсер» начался пожар, они сели на оснащенную двигателем шлюпку и еще до того, как разразился шторм, умудрились найти пристанище на небольшом островке в нескольких милях к югу от тонувшего судна. Поставив шлюпку бортом на песок, они несколько часов прятались за ней от ветра, пока ураган не спал. Незадолго до этого, они видели взмывающие в северо-западном направлении сигнальные ракеты.
— Это были наши, — кивнул Файндхорн. — И вы решили плыть к нам?
— Правильно. — Он махнул рукой в сторону столпившейся в углу салона группы людей. — Но Сайрену это не понравилось. Он не питает особых симпатий к союзникам.
И кроме того, у нас были основания полагать, что ракеты — сигнал бедствия с «Керри Дэнсер». — Ван Эффен залпом допил виски и осторожно поставил стакан на стол рядом с собой. — Однако у меня был пистолет.
— Это я видел, — сказал Николсон. — И далее?
— Мы отплыли в северо-западном направлении и прошли длинный и достаточно бурный галс, во время которого нас здорово потрепало. Затем мы попали уже в настоящий шторм, и волны залили наш двигатель. Так бы мы сидели и, наверное, в скором времени утонули бы, если бы я не увидел свечение вашего корабля — в такую темную ночь оно легко различимо издалека. Если бы дождь пошел пятью минутами раньше, мы бы вас никогда не заметили. Но небо благоволило к нам. Плюс ко всему у меня был фонарь.
— И пистолет, — закончил за него Файндхорн. Он долго смотрел на Ван Эффена, не отрывая от него холодных задумчивых глаз. — Жаль только, что вы не воспользовались им ранее.
Голландец криво улыбнулся.
— Не трудно понять, что вы имеете в виду, капитан. — Он поднял руку и с гримасой боли сорвал с головы пропитавшуюся кровью полосу льняного полотна. Глубокая рана с лиловыми кровоподтеками по краям проходила от угла лба до уха. — Как вы думаете, я это заработал?
— Выглядит паршиво, — признал Николсон. — Сайрен?
— Один из его людей. «Керри Дэнсер» к тому времени вовсю полыхала, шлюпка — единственная шлюпка! — была спущена на воду, и Сайрен с остатком команды готовы были уже в нее прыгнуть.
— Чтобы спасти свои драгоценные персоны, — мрачно уточнил Николсон.
— Чтобы спасти свои драгоценные персоны, — согласился Ван Эффен. — Я схватил Сайрена за горло и перегнул через поручень, пытаясь заставить его пройти по суд ну и вывести людей. Это было ошибкой — мне следовало взять в руки пистолет. Но тогда я не знал, что все его люди — как это говорят? — одним миром мазаны. Меня ударили кофельнагелем, и очнулся я только на дне шлюпки.
— Что? — недоверчиво спросил Файндхорн.
— Я знаю, — устало улыбнулся Ван Эффен. — Это напоминает какую-то бессмыслицу, не так ли? Им следовало оставить меня умирать на «Керри Дэнсер». Но я оказался в шлюпке. И не просто живой, а даже с заботливо перевязанной головой. Любопытно, правда, капитан?
— Любопытно — едва ли подходящее слово. — Голос Файндхорна был ровен и лишен выражения. — Вы говорите правду, Ван Эффен? Вопрос, конечно, глупый — вы ведь в любом случае скажете «да».
— Он не лжет, капитан Файндхорн. — Голос Фарнхольма звучал необычайно уверенно и, казалось, совсем не принадлежал бригадному генералу Фарнхольму. — Я абсолютно в этом убежден.
Файндхорн задумчиво кивнул. На некоторое время в салоне воцарилась тишина, нарушаемая лишь далеким потрескиванием обшивки, неясным скрипом, издаваемым обычно борющимся с волнами судном. Наконец Файндхорн посмотрел на часы и повернулся к Николсону.
— Мостик ждет нас, полагаю: судя по всему, мы входим в полосу шторма. К капитану Сайрену и членам его команды, думаю, следует приставить вооруженную охрану. — Глаза Файндхорна излучали такой же мрачный холод, как и голос. — Но сначала я хотел бы разрешить один маленький вопрос.
Он неторопливо двинулся в направлении команды «Керри Дэнсер».
— На вашем месте я бы не спускал с них глаз, — спокойно проговорил голландец. — У половины из них целый арсенал ножей, с которыми они великолепно обращаются.
— У вас есть пистолет. — Файндхорн потянулся и вытащил заткнутый за пояс Ван Эффена автоматический «кольт». — Вы позволите? — Он окинул оружие беглым взглядом и заметил, что оно на предохранителе. — «Кольт» 38 калибра.
— Вы разбираетесь в оружии, не так ли?
— Немного. — Мягко ступая, Файндхорн подошел к ближайшему от него человеку из сгрудившейся в углу группы.