Кажется, Фалеев обиделся. Однако виду не подал. Еще раз напомнил Шитову про островной патриотизм. И распрощался с журналистом, напоследок попросив его "быть в статье объективным".
И вот теперь Шитов готовился к разговору с одним из "этих заезжих" – директором ТОО "Круг" Каратовым. Как ни крути, а журналистская объективность требовала выслушать обе стороны.
– Проходите, пожалуйста. Лидочка, сделай нам, пожалуйста, кофе… Курить будете? – спросил хозяин кабинета, и не дожидаясь ответа, положил перед Шитовым пачку "Кэмела".
Шитов мельком оглядел кабинет. Прекрасная мебель, в углу – японский телевизор, на отдельном столике – факс, рядом
– Может, по рюмочке коньяку? К кофе?
– Спасибо, но… Я предпочитаю беседовать без коньяка.
– Нет проблем! Кстати, вот и кофе…
С минуту оба молчали. Но вот журналист отставил в сторону чашку с недопитым кофе и раскрыл блокнот. Прелюдию к разговору можно было считать законченной.
– Сегодня утром я встречался с Фалеевым, – начал Шитов. – Это исполнительный директор из совместного предприятия "Посейдон". Полагаю, вы с ним знакомы.
– Да уж… Представляю, что наговорил про меня этот директор! – В голосе Каратова прозвучала явная насмешка. – Ну как же, рыбная отрасль в опасности – приезжий на чужие апартаменты позарился!.. Наверное, и вы так считаете?
Такая прямота Шитова удивила. Работая в областной газете, он написал немало материалов о конфликтных ситуациях и уже привык к тому, что собеседники начинали всячески выкручиваться в разговоре с журналистом, или бить на жалость, или, подобно Фалееву, напирать на местный патриотизм… А вот такие, как Каратов, Шитову раньше не попадались.
– Мне просто интересно узнать, какую цель преследует ТОО "Круг", пытаясь приватизировать здание "Сахалинрыбпрома", – сказал Шитов после паузы.
– Ну, положим, вы это узнаете… Ну и что? Какая лично вам от этого польза? – спросил Каратов. Поскольку Шитов молчал, директор продолжал говорить дальше, все так же уверенно и жестко: – Будем откровенными: лично у меня с Фалеевым свои отношения. Да, конкуренция, да, нежелание делиться предполагаемой выгодой… Как говорится, здесь все средства хороши. И если я имею возможность в чем-то ущемить конкурента, заставить принять, гм… скажем, мои условия игры, то почему бы мне этого не сделать? – Каратов вытряхнул сигарету из пачки и закурил вместе с Шитовым. – Я не знаю, как охарактеризовал меня Фалеев… в конце концов, мне это не интересно… Что?
– Продолжайте, я слушаю.
– Так вот, повторюсь: у меня с Фалеевым – своя игра. Не уверен, что я ее выиграю… Могу и проиграть… Но – вы, журналист: неужели вы будете по-настоящему чувствовать себя счастливым, если в одном из ближайших номеров газеты появится какой-нибудь задиристый материал о наглом "прихватизаторе" Каратове?
– По-моему, "прихватизатором" я вас еще не называл, – возразил Шитов. Однако Каратов лишь махнул рукой:
– Ну, не назвали, так назовете… Это же – ваш хлеб, не так ли?
– Что вы имеете в виду?
– Конечно же, ваши статьи, – Каратов в упор взглянул на Шитова. – Я их читал. Кстати, вы неплохо пишете.
– Спасибо, – усмехнулся Шитов.
– А вот это – напрасно, – заметил Каратов. – Вы действительно хорошо пишете: серьезно, доказательно. Правда, иногда вас подводит незнание обстановки…
– В чем же это проявляется?
– Откровенно?
– А почему бы и нет? – разговор для Шитова становился все интересней. Он тоже взял сигарету, поискал глазами зажигалку. Каратов щелкнул "Таёрой":
– Пожалуйста! – и улыбнулся. – А может быть, все-таки по рюмочке коньяку? Или вам, журналистам, это запрещено?
"Нет, это не Фалеев, – мелькнуло в голове у Шитова. – Так свободно может держаться лишь тот, кто полностью уверен в себе. Черт возьми, этот Каратов мне нравится!"
Да, Фалеев в разговоре с журналистом вел себя иначе! Шитов с легкой неприязнью вспомнил своего недавнего собеседника. Толстячок в костюме-тройке нервничал, явно многого не договаривал, давил на жалость и островной патриотизм… Господи, какой там патриотизм, к чертям собачьим?! Регулярно встречаясь с рыбопромышленниками, Шитов немало был наслышан о коммерческом директоре СП "Посейдон". Одно его недавнее "меценатство" чего стоило! Купив для одной из школ четыре компьютера и раструбив об этом на весь остров, коммерческий директор на следующий же день перевез два компьютера к себе в офис… И вот этот Фалеев со слезами на глазах берется рассуждать о несчастных сахалинских рыбаках, из-за происков "этого заезжего наглеца" вынужденных ежегодно сокращать объемы промысла! Нет, к этому "заезжему", наверное, следует присмотреться более внимательно. И уж во всяком случае, не рубить с плеча, как наверняка хотел бы от журналиста Фалеев…
– А знаете, Игорь Павлович, я от коньяка, пожалуй, не откажусь,
