– Хотелось бы с вами, Женя, встретиться… Вот только не знаю, где вам будет удобно, – сказал директор "Круга". – Может быть, опять на прежнем месте – у театра?
– Да можно, в принципе… А что за тема? – спросил Шитов. Признаться, после "Скандала…" он уже начал немного забывать Каратова, Фалеева, и прочих, хотя со дня выхода нашумевшей статьи прошло всего недели две с небольшим. Но что вы хотите? Журналистика – занятие достаточно суетное: сегодня – об одном пишешь, завтра – о другом… Хорошо, если время от времени ты возвращаешься к какой-то теме или к какой-то ситуации, а если – нет? Все забывается рано или поздно, в том числе и "забойные" статьи. И в этом отношении, следует признаться, "Скандал…" исключением не был.
– Хорошо, давайте встретимся в субботу. На прежнем месте. В десять, – сказал Шитов и положил трубку. Придвинул к себе бумагу. И начал писать очередной материал, привезенный из командировки, это была корреспонденция о рыболовецкой бригаде Куркова.
Они снова сидели в одной из комнат в "Кентавре", пили кофе и разговаривали.
– Я не прошу от вас ничего необычного, Женя, – говорил Каратов с улыбкой. Кстати, он всегда улыбался, когда говорил о серьезных вещах. – Тему я вам уже назвал: проблема модернизации сахалинского рыболовецкого флота. Разве не пойдет для газеты?
– Да нет же, тема отличная…
– Ну вот и напишите! – подхватил Каратов. – Если нужны какие-то цифры, факты – только скажите, устрою… В смысле, я достаточно полно владею материалом, чтобы помочь вам при работе над статьей… Да, кстати, – спросил вдруг Каратов, когда разговор вроде бы уже подходил к концу. – А как у вас в редакции восприняли вашу статью? Ну эту, "Скандал в благородном семействе"?
– Ну, как… Да в принципе, никак… Что, мало критики у нас в газете идет? Поговорили да и разошлись…
– А я слышал, вас ругали там, на планерке?
"Вот черт, откуда он только знает? Наверняка кто-то из редакционных о летучке растрепал…" Шитову стало немножко неловко от такой информированности сидевшего напротив человека. Ладно, было бы чем другим отметиться, а то – какими-то детскими разборками с Буравчиком да Колпаковым. Стыдоба какая!
Пока Шитов подыскивал какие-то подходящие слова, достаточно жесткие, однако не настолько, чтобы они прозвучали обидно, Каратов вновь улыбнулся:
– Ругали, ругали. Ну что там скромничать? Статья у вас, Женя, получилась замечательная. Ну как вас за это, в назидание другим, не ругать?
Шитов еще переваривал только что сказанное, а Каратов уже шел дальше в своих отношениях с журналистом.
– Видать, не сладко вам пришлось, Женя, на той планерке… Кажется это называется моральным ущербом, не так ли? Так вот, мне бы хотелось его возместить… Не спорьте! – воскликнул Каратов, хотя у Шитова и в мыслях подобного не было. Он только хотел сказать директору "Круга", что никакого ему возмещения не надо… Да, хотел это сказать Шитов, хотел, ну хотел же!
– Не мучьте себя, Женя, – Каратов твердо прижал ладонью к столу вдвое сложенные бумажки. – Я понимаю, ваша работа стоит гораздо большего… Но если бы я прямо предложил вам на меня работать, вы бы, наверняка, отказались. Ведь так? – Шитов кивнул в ответ, потянулся за сигаретой, закурил. Задымил и Каратов. – Так что давайте считать, фирма "Круг" просто выдала вам премию. Такая формулировка вас устроит?
– За что, интересно, премия? За стиль? За язык?
– За смелость, Женя. За смелость! – подчеркнул Каратов. – Вы можете улыбаться, иронизировать, ерничать… Но все это, я подчеркиваю, именно так. Да, за смелость!
– Через полчаса у меня деловая встреча… Не будем терять время даром. Поговорим о проблеме модернизации сахалинского рыбопромыслового флота. Ситуация такая. На сегодняшний день из двух тысяч плавединиц, занесенных в государственный реестр, на Сахалине насчитывается всего около тысячи судов, реально работающих на промысле. Причем изношенность БМРТ и эРэСов достигает семидесяти процентов…
Еще не раз после этого Шитов встречался с Каратовым – то в офисе, то у Каратова дома. Постепенно они перешли на "ты", причем произошло это легко и незаметно для обоих.
