Едва прилетев в Москву, Гарц уже стремился обратно, на остров.Дела у директора "Блонда" складывались в последнее время не совсем удачно. Себестоимость продукции постоянно росла, объемы реализации же, напротив, сокращались. Торговцы просто отказывались покупать морепродукты по ценам, которые им предлагал Гарц. А вот у Каратова, брали все подряд – и минтай, и лосось, и сельдь, и палтус. А почему бы и не брать, когда у него цены ниже?Вот крабы, креветки – это отдельный разговор. Известно, что лишь половина уловов, не больше, фигурирует в грузовых документах РСов и БМРТ. Остальные морепродукты уходят за рубеж безо всяких документов.В феврале в районе Южных Курил пограничники задержали рыболовное судно "Капитан Тихомиров", принадлежавшее ЗАО "Блонд". Контрабандный улов креветки потянул на восемнадцать тонн… Мало того, у капитана была обнаружена и изъята валюта, незаконно полученная от "бартерных" сделок с японцами. Грузовой трюм опечатали, а судну велели идти в сопровождении пограничного катера в Корсаков.Для Гарца это был серьезный удар. И хотя дело о контрабанде в конце концов удалось замять, а капитан отделался лишь тем, что потерял работу, убытки исчислялись не одной тысячей долларов.Да что там – убытки? Хуже было другое: та атмосфера общих недоговоренностей и иронических улыбок, которая с недавних пор окружала Гарца. Медленно, почти незаметно, но настойчиво некая сила оттесняла Гарца на задний план. Каратов, тот, напротив, выдвигался, приобретая все больший вес и значимость на острове. Не помогали и злые заметки о фирме "Круг", которые время от времени появлялись в "Рыбаке" – газете, которой руководил многим обязанный Фалееву редактор Дубин. Но что эти булавочные уколы для Каратова? Так… только душу Гарцу отвести. Каратова же поддерживала областная газета, Каратов выступал по радио… На телевидении Каратов тоже появлялся регулярно. А Гарца на экран так ни разу и не пригласили…– Ты там, Борис, не уснул с дороги-то? – пошутил Алексей Леонидович. "Волга" уже миновала Кремль и вот-вот должна была подъехать к гостинице "Россия". – Сейчас оформишься, вещи оставишь в номере – и ко мне на Волхонку. Много гостей на первый раз я тебе, Боренька, не обещаю, но кое-кто из нужных тебе людей придет…
Забронированный номер встретил Гарца тем особенным гостиничным запахом, разложить который на отдельные составляющие, вероятно, не взялся бы ни один химик. Чуть влажноватые простыни, французская зубная паста, паркетная мастика, чуть увядшие розы на столе, американские сигареты, пролитый на кресло дорогой коньяк – вот лишь малая часть ингредиентов, на которых был замешен воздух в номере. Впрочем, Гарц давно уже привык и к гостиницам, и к гостиничным запахам, поэтому никакого внимания на это не обратил. Он быстро, но не суетливо, побрился "Жиллетом", переменил рубашку и носки, надел другой галстук. Бросил сумку под стол, закрыл номер, отдал дежурной ключ и спустился к поджидавшей его машине.
