– Мой повелитель пытается понять, кто из братьев предал его и помог Реддингам, да, – сказал Найтлок. – Его соперник, видимо, раскрыл ведьме Пруфрок его настоящее имя. Другого способа управлять душегубом нет, только этот. Она использовала его имя в заклинании, чтобы лишить его силы, связать и уничтожить.
–
Я повернулся к Нелл:
– Я знал, что вы ошибаетесь!
Нелл побледнела.
– Действительно, предатель… Но кто это? Брат или сестра?
– Сестра? – переспросили мы с Аластором.
–
– Твоя сестра не может наследовать трон? – спросила Нелл. – Что за гадкое правило?
Мы, кажется, начали отвлекаться от темы.
– Так значит, вы хотели напитаться лунной магией? – спросил я. – И узнать, кто предал Аластора? Ну и как, что-нибудь стало понятнее?
Найтлок наконец оторвал взгляд от плюшевой кошки.
– Нет, к сожалению, нет. Тот, кто сидит на Черном троне, наложил заклятие на все королевство. Демоны, которых изгнали из Нижнего мира, и даже те, что сбежали сами, включая хоба, не могут произнести этого имени, иначе тут же упадут замертво!
– Ты знаешь, кто это? – не унимался я. – Это отец Ала? Или он уж мертв?
Хоба слегка потряхивало.
– Я не могу назвать его имени, не могу! Я пытался, нашел эльфа, чтобы хозяин с ним поговорил, но страшные монстры успели убить его. Я нашел здесь троллей, Белую Деву, гнома в изгнании, но никто не может произнести этого имени. Оно зачаровано. Заколдовано!
Мы с Нелл переглянулись. Все оказалось значительно хуже, чем я думал.
– Пес, который гнался за нами, пришел за Аластором? Они снова придут?
– Да, да, – ответил хоб. – А теперь хочу мисс Китти и Мишку-Рычашку! Отдавай их, гнусная ты ведьма!
Нелл закатила глаза:
– Ну, раз ты так вежливо просишь…
Найтлок схватил плюшевых зверей еще до того, как они упали на пол. Он обнял их, крепко прижал к груди и начал баюкать, а ведь они были размером почти с него. Он ворковал и в восторге брызгал слюной.
– Аластор, ты влип, – сказал я, повернувшись к зеркалу. – И меня за собой тянешь. Не Онор хотел тебя убить, а кто-то из твоих близких. И вот что я тебе скажу: если мы не объединим усилия, нам крышка.
– Проспер… – попыталась предупредить меня Нелл.
– Я могу помочь тебе выбраться наружу или хотя бы попытаться остаться в живых, но ты не должен захватывать мое тело без разрешения. И
–
– Нет! – ответил я. Почему он все сводит к одному и тому же!? – Я хочу заключить перемирие, чтобы мы с тобой оставались живы так долго, как только получится. Я могу быть твоим другом.
–
Нелл услышала шаги наверху, и образ Ала исчез вместе с рассеявшимся дымом свечи.
– Помоги, – прошептала она, переворачивая зеркало. Сверху мы накрыли его простыней.
– Корнелия, – позвал дядя Барнабас с лестницы, дергая за шнурок, чтобы включить свет. – Что ты там делаешь? В такое время!
Я растерянно посмотрел на Нелл. Разве мы можем что-то сделать без его помощи?
– Душегуб не давал Просперу уснуть, вот мы и спустились испытать пару заклинаний, – сказала она. – Не хотели тебя будить.
Глаза дяди Барнабаса были похожи на маленькие щелочки. Его волосы блестели в свете лампы.
– Душегуб восстанавливает силы, да? Я же говорил, что карманного заклинания не достаточно. Возможно, это поможет тебе вспомнить, где находится гримуар твоей матери.
Но… Нелл ведь прекрасно знает, где он! Мисси сказала, что он у нее в магазине. Почему бы, если она так хочет мне помочь, не сходить туда и не попробовать заклинания, которые на самом деле работают?
Нет… Видимо, она уже смотрела там и ничего не нашла. Нелл говорила, что колдовские книги не просто справочники с заклинаниями, это еще и личные дневники. Но даже если она хотела защитить личную жизнь своей мамы, она могла бы ему сказать.
Однако Нелл запросто лжет отцу. По крайней мере, у нее есть от него секреты.