На этот раз выжилa только однa. Анжела. Она объяснила мне, что наполненный рудой трейлер с моего корабля "Дарион", не затерялся в космосе. Он находится на орбите вокруг Червоточины GG54, отваживая спасательные корабли попытаться забрать его.
Многие корабли пытались. Ни один не преуспел. Их затягивает в червоточину и выталкивает сюда.
Это гигантская ловушка с приманкой.
По словам Анжелы, пять кораблей уже потеряны. Есть большая вероятность, что они где-то на этой планете. Я спросил Анжелу, сколько человек в ее команде.
Она сказала, что их было семь. Все мертвы. Когда я убил ее, их стало восемь.
Восемь.
Ммммм.
Но этого недостаточно. Этого никогда не хватает. У меня всегда все заканчивается.
Мне нужно найти другие корабли. И я думаю, что смогу. Органический мозг на корабле Анжелы все еще функционирует, и он создал частичную топографическую карту планеты.
На карте отмечены другие места крушения. Некоторые - всего в нескольких километрах.
Мне нужно двигаться быстро. Там могут быть выжившие. Чем дольше я жду, тем меньше их становится.
- Доедай мозги, Филлип.
Филлип оттолкнул студенистый кусок культeй правой руки.
- Я больше не хочу.
Мама, прищурившись, уставилась на него. Еe глазные яблоки давно высохли и выпали.
- Тебе не нравятся мозги? Все маленькие мальчики-зомби должны есть мозги. Разве ты не хочешь стать таким же гнилым и разлагающимся как твой папа, a?
- Грарарарар, - сказал папа.
У него отсутствовала нижняя челюсть, поэтому произношение не было одной из сильных его сторон.
- Я хочу, мам, ты знаешь, просто...
- Просто, что?
Филлип сложил руки на груди и поковырялся в носу осколком локтевой кости, торчащей из культи.
- Филлип! - одeрнула его мама. - Манеры.
- Грарарарар, - согласился отец.
Филлип перестал ковыряться в носу.
- Ненавижу мозги.
Мама глубоко вздохнула и выдохнула через пулевые отверстия в лeгких.
- Ну, хорошо, доешь хотя бы прямую кишку и можешь идти.
Филлип скорчил гримасу.
- Я не хочу.
- Но, Филлип, ты же любишь кишки! Помнишь, когда ты только восстал из своей могилы, ты лопал эти кишки, пока они не начинали лезть у тебя из попки.
- Я больше не хочу есть эту дрянь, мам.
- Грарарарар, - сказал папа.
- Вот видишь, Филлип, ты расстраиваешь своего отца. Ты знаешь, сколько ему приходится работать днями и ночами, выслеживая живых, чтобы у нас на столе было свежее мясо? Это нелeгкая работа, сынок. Посмотри на него, он двигается не быстрее одноногого калеки, а большинство оставшихся людей хорошо вооружены и практически все из них уже в курсе, что нужно целиться в голову.
Филлип встал.
- Мне не нравится эта еда. Мне не нравится еe вкус. Мне не нравится еe запах и больше всего, мне не нравится есть ребят, с которыми я когда-то ходил в школу. На прошлой неделе мы съели моего лучшего друга Тода.
- Мы - живые мертвецы, сынок, это то, что мы делаем.
Отец Филлипа пожал плечами и потянулся к тарелке ребeнка. Он вывалил еe содержимое на край стола, а затем резко кивнул головой, вонзая в еду верхние зубы. Единственный способ, которым он мог кусать.
- Я больше не хочу быть зомби, мама.
- У нас нет выбора, Филлип.
- Ну, значит, я буду есть что-нибудь другое.
Филлип полез под стол и достал пластиковую коробку.
- Это, что ещe такое?! - требовательно спросила мама. - Я слышу запах испорченной пищи.
- Это Вальдорфский салат[9].
- Филлип!
- Прости, мам, но это то, что я буду есть с сегодняшнего дня. Здесь яблоки, сельдерей, грецкие орехи и медово-лимонный майонез.
- Я запрещаю!
- Грарарарар, - согласился папа.
- А мне всe равно! - закричал Филлип. - Я - веган, мам! В-Е-Г-А-Н. И ты ничего не сможешь с этим поделать.
Он бросил коробку с салатом на стол и, стеная, зашаркал прочь.
Папа засунул кусок двенадцатиперстной кишки себе в горло и похлопал жену по заднице.
- Грарарарар.
- Я знаю, дорогой, но что ж мы можем сделать? Оторвать ему голову и съесть еe завтра на обед?
- Грарарарар.
- А вот это хорошая идея. Пойду-ка, возьму дробовик.
Мама, хромая, поплелась к оружейному шкафу.
- Вальдорфский салат! Не в моeм доме!
