Невольно облокотившись о стену, ты лицезришь бред: давно умерший родственник настойчиво просит подать полотенце; покалеченный юноша бежит к дороге в залитом холодным дождем городе; огромный богомол дробит на куски руку бедной женщины; задушенный работой одиночка спит, пока чудовищное нечто надевает его одежду; уставшая женщина с паникой в глазах видит в своем муже чужака; на опушке леса рой диковинных мух хищно кого-то выжидает. При виде всего этого ты ощущаешь лишь одно чувство: тебе жутко.
Выпив, мужики стучат стопками по дубовому столу.
– Мишаня, жердочку отворим? Душно, – пьяно гремит Димасик прокуренным голосом.
Мишка до сих пор занюхивает рукав – его друг поднимается с самодельной табуретки, чтобы пустить воздуха в кухню. Димку шатает, он вот-вот упадет, но Миша спасает его, схватив за рукав.
– Слышь, жопу прижми свою! – грозно, пьяно осекает Мишка.
Димасик в недоумении хмурится.
– Браток, сядь, не обижай. Это головняк, а не окно, отвечаю. Я сэкономил на нем, на установке… – поясняет Мишка, сдерживая рвотный позыв. – Там теперь ручка тугая. Она сломается, если неосторожно с ней. Лучше дверь в огород открыть.
Димка разочарованно плюхается на табуретку.
– Уже не душно? – смеется Миша. – Что сел-то?!
– Да в падлу мне!.. Когда за догоном пойду, браток.
Мужики сейчас в двухэтажном поселковом доме. Многое внутри либо из дерева, либо с рисунком сруба – для любителей природы. Узкий коридор, котельная, туалет, кухня, лестница на второй этаж, небольшой карман в огород. Обстановка дачно-советская.
– Епт! Она ее сейчас заколбасит! – восторженно кричит Димасик.
Товарищи, смакуя, наблюдают женский бокс, но в один момент на экране появляется уведомление о низком заряде батареи. Мишка блокирует смартфон.
– Хорош: сейчас труба сядет.
– Браток! Тут досмотреть-то! – возмутился Димка в черной сетчатой майке и шортах «Абилас».
– Куда мне кашлять, если он сядет? А вдруг Репа заявится? Не циканешь – обнулишься. Шнур далеко от стола, как видишь, – шатен Мишка с дюймовым ежиком на голове слегка расстроился; почесал щетину и стрельнул встревоженными темно-карими глазами в визави. Обычно спортивный костюм с лампасами придавал худощавому Мише «четкий» вид, но сейчас он выглядит скорее «размытым».
– Твою, блин, за ногу, за левую!.. Браток, напряги твои выкупаю, – понимающе сказал Димасик; затем через пару мгновений резко встал и с комедийно-горделивым видом заявил:
– Ну, заряди пока трубу, а я похилял за догоном! Моя разряжена еще с…
– Разыгрываешь?! – Мишка опять схватил друга за рукав, но тот с ходу вырвался.
– Да надоел щипашцами хватать!
– Мы уже полтораху ваксы раздавили!
– И что?! Еще хочу!
– Ты как в детстве? Разыгрываешь меня опять?
– Не менжуйся! Старые друзья! Давно не виделись! Если что, просто «стоп» и все! Какие проблемы?
Мишка лишь пьяно помотал головой. Димка уверенно, будто даже протрезвев, направился в коридор.
– Я скоро.
Друг глухо хлопнул тяжелой, утепленной дверью, а Миша, опустив голову, начал понемногу вязнуть в пьяной дреме.
– Мишка, подай полотенце, пожалуйста, бабушке, – доносится слабый старушечий голос со второго этажа.
Не сразу, но Миша глянул на дверной проем. Нахмуренный, он встал, качаясь, вышел из кухни и остановился напротив лестницы.
«Белка, что ли?» – подумал Мишка: его бабушка умерла примерно год назад.
– Ясно, – пьяно буркнул себе под нос мужик и развернулся к карману в огород, как вдруг со второго этажа полетела гитара.
Приземлилась она, разломавшись вдребезги, рядом с Мишей. Грохот-звон ударил по ушам и кольнул сердце. Струны хлыстом ожгли голеностоп и пах. Мишка отскочил к стене.
– Внуча, ты в порядке?! – выхватила сквозь панику оживленный голос бабушки пьянущая голова. – Задела случайно, когда тянулась к ящику!
Внуча резко завернул в карман и влетел в огородную дверь. Не открыть, не поддается. Тогда Миша побежал к входной двери. То же самое.
– Алкаш-друг твой подпер двери, – обиженно, с напрягающей серьезностью прозвучала бабушка. – Чтоб ты не слился. Бездарь, пока его ждем, принеси полотенце бабушке!
Запущенная интоксикация у Мишки была налицо, но он все же смог достать смартфон, набрать номер спецслужб, однако – батарейка села. Испуганный мужик вбежал на кухню; подскочил к розетке с зарядкой у кухонного гарнитура, и тогда в доме пропало электроснабжение. Подойдя к щитку, Миша убедился, что ни одну из пробок не выбило.
– Миша, я тебе что сказала?! Полотенце мне дай! Света нет! Я же сейчас упаду! – кричала бабка грозным, грубым голосом.
Казалось, звук идет и с верхнего этажа, и с первого, и с улицы, и даже из груди Мишки. Перед глазами все плавало. Гонимый страхом, он подлетел к пластиковому окну на кухне и попытался резко открыть его.
«Как знал…» – запаниковал Миха, сжимая отломанную часть ручки.
– Ты… – громом прогремело со второго этажа.
