ЗИМА[ЛЕТО]. Книга 2 полностью

Зонтик раскрылся, и Чарли залаял.

В гардеробной показался Мирослав.

— Я в душ!

— Хорошо, я попозже, — ответила она.

Слишком уж она была тогда занята приготовлениями.

Когда он вернулся, то обнаружил Ольгу спящей на диване с пекинесом под боком. Будить не стал. Взял ее на руки и отнес в спальню.

Снилось ей море, холодное зимнее море без конца и края. Пляж заброшен, отдыхающих уже нет.

Ветер бил в лицо, но она шла навстречу, зная, что там, куда она идет, ее ждет дом. Там ее любят и ждут.

Нельзя останавливаться на полпути.

Надо идти дальше, до самого конца.

Утром Ольга подскочила, как ошпаренная. Она в спальне. За окнами давно рассвело. Сбоку лежал муж и грел, как печка. Он вольготно раскинулся рядом, обняв подушку, и его мощное, мускулистое тело заняло половину кровати.

— Сколько времени?!

— Семь утра, — ответил муж и перевернулся на спину.

Ольга облегченно упала обратно на постель. Она поняла, почему ей было жарко. Женщина все еще была в трикотажном платье.

Времени полно. Выдвигаться из дома надо в девять, чтобы успеть к десяти. Еще два часа в запасе. Можно полежать и понежиться в постели пять-десять минут, потом не спеша принять душ, позавтракать и собираться на работу.

На работу… На работу? На работу! Ура? Или «ой». Кажется, она за это время обленилась.

Ольга потянулась, выскользнула из постели и пошла в душ. Ненадолго зависнув у кофе-машины, женщина тоскливо посмотрела на нее и сделала себе слабенький зеленый чай. Потом вернулась и потормошила мужа.

— Слав, ты что на завтрак будешь?

— Что дашь.

Пока все, что она готовила, было вполне съедобно.

— Все что угодно? — подозрительно сощурилась она. — Ты уверен?

Он в ответ молча притянул ее к себе. Мирослав тоже хотел обойтись без утренней пробежки и полежать, но тут мысли приняли совсем другой оборот. Обняв жену, он перекатился, оказавшись сверху, и поцеловал ее. Она серьезно посмотрела на него.

— Слав, я опоздаю.

— Тебя уволят. Отлично! — сказал он.

— Ну, Слав… — протянула она, сдаваясь, и сама поцеловала его в ответ.

Этот поцелуй воспламенил их обоих. Они просто сгорали от страсти. Счастье на двоих, и неясно, где заканчивается один и начинается другой… Время остановилось. В этом странном, тягучем, как мед, безвременьи остался только он. Слав.

Прикосновение к ее груди. Утренняя щетина, шероховатость его щеки, мягкость губ… Горячие ладони, которые гладят и ласкают, скользят все ниже и ниже, разводят ее бедра. Ответный жар, который поднимается изнутри.

Когда он легко, невесомо коснулся ей между ног, она застонала, приподнимаясь на постели. Женщина открылась его пальцам, ласкающим средоточие женственности, и изогнулась от пронзительного до боли наслаждения.

Она хочет его.

Она не может без него.

Он тоже.

Целует ей плечи, спускается ниже, к груди, к животу, еще ниже. Снова гладит, усмиряя, чувствует ее нетерпение, готовность, нежность и влагу. А потом умело, словно сто раз это делал, подгибает ей колени и прижимает к животу, мимоходом удивившись ее кошачьей гибкости.

Скольжение внутрь — легкое, глубокое, до предела.

— Ах!

Растерянный, удивленный вздох. Ольга поняла, что ее ноги теперь у него на плечах.

— Слав?

— Не бойся.

Так все ощущалось иначе, как-то особенно тесно и близко. Чувство невероятной наполненности, полной открытости и доступности, но вырываться не хочется. Мужчина не давил; наоборот, он опирался руками на постель, чтобы уменьшить тяжесть, и раз за разом подавался вперед и назад.

— Расслабься.

Он овладел ею и как будто был везде, и внутри, и снаружи. Каждое его движение было как волна, проходящая через все тело.

— Слав, это…

— Нравится? — спросил он.

Ольга смутилась от такого интимного вопроса. Даже тело среагировало. Она на миг сжалась. Мужчина замер, дождавшись, когда она впустит его, и продолжил сладкую пытку.

— Ну… да, — призналась она и обвила руками его шею. — Ах!

Еще! Она была как сжатая пружина, которая вот-вот разожмется, и тогда… Что тогда, она не знала, но каждое проникновение приближало ее к вершине. Движения его ускорились, когда он почувствовал ее отклик. Ольга наконец приспособилась к нему, отвечая на каждое движение и принимая в себя целиком.

Она протяжно застонала, запульсировала внутри, сжимая его, словно в тисках, и мужчина понял, что пора. Еще один глубокий толчок — и он тоже кончил.

— Что это было, Слав? — наконец очнулась Ольга.

Нереальное что-то.

— Давно хотел попробовать.

Мужчина освободил ее от своей тяжести, перевернулся и лег рядом.

Она так и не решилась спросить, что именно он имел в виду. Он сам первый раз так? Или первый раз так с ней? А если до этого не с ней, то с кем еще он это делал? Камасутру эту, или как там это называется. Вставьте штекер М в разъем Ж, примите позу Зю.

«Экспериментатор! Фу ты, ну ты…»

Да какая разница! Было хорошо. Если бы она курила, то непременно закурила бы прямо в постели. Зимин брал ее так, как хотел, однако он был чутким партнером. Этого у него не отнять. Грех жаловаться.

Что за глупые мысли лезут в голову после пережитого наслаждения!

— Иди сюда, — прижал он ее к себе.