ЗИМА[ЛЕТО]. Книга 2 полностью

Если бы он тогда не совершил ошибку, по его загородному дому сейчас бегал бы выводок ребятни. Причем, возможно, не только детей, но и внуков. Ольге скоро, в ноябре, будет тридцать семь. Молодая, все еще красивая «бабушка». У них были бы красивые дети.

В первую встречу Ильхан удивился, что она совсем не похожа на Летковых. Заподозрил даже, что ее удочерили. Вдруг дурная кровь? Тогда никакое приданое этого не исправит. Теперь он знал правду.

А вот и Багратуни. Приехали с запозданием. Ануш подходит к внучке, что-то говорит. Та напрягается, но любезно улыбается в ответ. Пожилая женщина пытается наладить контакт. Рядом стоит Артур Багратуни, хмурится, но молчит, наблюдая. Тоже поздоровался. Значит, его жена — парламентер, а он не влезает, чтобы не дай бог ничего не испортить. Уж две женщины как-нибудь между собой договорятся.

Кто бы знал! Сейчас бы он мог стать родственником самих Багратуни. Ирония судьбы! Провидение послало ему редкостную удачу, но он упустил свой шанс.

«Никогда не знаешь, где найдешь, где потеряешь».

— Так, все, — вполголоса осадил себя мужчина, не привыкнув к долгим самокопаниям. — Гости без нас, поди, заскучали, Иван Ильич. Пойдемте, я вас кое с кем познакомлю.

— Премного благодарен, — улыбнулся деловой партнер. — Уж не с армянами ли?

— С ними, с родимыми, — усмехнулся Ильхан. — У нас с «Багратионом» большой контракт намечается.

Сначала Ольга испугалась напора новых родственников, но Артур Багратуни помалкивал. Говорила его жена, Ануш.

Она скучала, хотела встретиться, звала в гости свою «девочку». Ольге стало неловко на полуслове обрывать пожилую женщину. Она же ничего плохого не сделала, просто проявила доброжелательность. Ануш говорила, говорила и все заглядывала ей в глаза, пытаясь понять, услышала ее внучка или нет.

— Я…

— Подумай хорошенько, — перебила Ануш, понимая, что хочет сказать внучка.

И Ольга промолчала, хотя сначала хотела вежливо отказаться от приглашения. Зимин тоже помалкивал, во-первых, из уважения к возрасту, во-вторых, все-таки родственники. Жене они не хотели зла, но пусть решает она. Оно ей надо?

Ольга вдруг неожиданно для себя произнесла:

— У меня будет время в среду после трех часов дня. То есть я заканчиваю в полтретьего, плюс время на дорогу… Простите, я не знаю, где вы живете.

Она была на редкость пунктуальной и во всем любила точность, если это касалось назначенных встреч.

— Я пришлю машину, — наконец заговорил Артур Тигранович.

— Не стоит, — отказалась Ольга. — Просто скажите, куда подъехать.

У Багратуни был особняк на Рублевке. Ануш, окрыленная уступкой, обменялась с внучкой телефонными номерами. Шаг за шагом, шаг за шагом… Ближе и ближе. Артур не велел ей торопиться. Надо все делать постепенно. Встреча за встречей, и Ольга станет им больше доверять. Главное, не исчезать надолго, чтобы она про них не забыла.

— Что приготовить? Что ты любишь кушать? — спросила Ануш.

— Все, кроме сладкого и мучного. Картофель и бананы тоже не ем, — машинально перечислила Ольга. — Что, простите?

— Ой, у тебя что, диабет? — обеспокоенно уставилась на нее Ануш.

— Ануш! — не выдержал Артур Тигранович и что-то раздраженно добавил по-армянски, обращаясь к жене.

Ольга остановилась. Почему-то ей стало обидно и неловко за свое раздражение и за то, что у нее на глазах отчитали Ануш. «Испанский стыд» — так, кажется, называется это чувство, когда что-то не так сделал другой человек, а стыдно тебе.

— Артур Тигранович, все в порядке, — сказала она. — Это нормальный вопрос. Нет, я ничем не болею, просто на диете.

Она не знала, как еще объяснить, не вдаваясь в подробности.

— Ай! Какая диета? — всплеснула руками Ануш. — Ты такая худая, надо тебя откормить.

«Мама мия! Спасите-помогите!»

Ольга бросила отчаянный взгляд на мужа, но он только улыбался, глядя на двух неуловимо похожих женщин. Даже платья выбрали в тон, словно сговорились. Значит, такой будет Ольга, когда ей будет за шестьдесят. Неплохо!

— Ну, знаешь ли, — тихо, едва слышно сказала Ольга в ответ на его усмешку.

Мирослав услышал. Она вдруг ощутила, как его рука сползает ниже с талии. Черт побери! Как неприлично! Он прилюдно сделал это. Одно дело дома наедине, а другое — в публичном месте. Женщина отпрянула и осторожно огляделась по сторонам, не заметил ли кто.

— Да, пожалуй, — согласился Зимин. — Кормить надо. Как в пионерском лагере. И завесить в конце смены.

Сговорились они, что ли? Сначала Ольга вспылила, а потом поняла, что муж просто над ней подтрунивает, зная, что она не станет закатывать скандал в людном месте.

— Вот приедем домой… — с угрозой прошептала она ему на ухо.

— Жду с нетерпением, — еще больше развеселился он.

Она ему такой особенно нравилась. Женщина с характером!

Ольга чуть не начала фырчать и пускать искры, как рассерженная кошка. Что за невыносимый мужчина! Опять вывернул ее слова по-своему. Ну-ну… Знал бы он, что, вполне возможно, ей скоро придется взвешиваться каждый месяц совсем по другим причинам.

Ребенок. Ребенок? Ребенок! Может быть. Что, если две полоски? Ой-ой-ой! Что же делать? Как дальше жить?

«Расслабиться и получать удовольствие».