ЗИМА[ЛЕТО]. Книга 2 полностью

— Сейчас довезу, потом днем подъехать? Или сама справишься у Багратуни?

— Сама.

— А потом?

— Потом йога. Давай встретимся в спортклубе? — предложила она. — Заберешь меня оттуда.

— Хорошо.

Она углубилась в свой смартфон. Набрав адрес спортклуба, Ольга нашла в расписании «йогу для беременных». Время подходящее. Ровно через два часа после обеда у армянских родственников. Будет повод долго не засиживаться в гостях.

— Максим! — окликнула она на проходной. — Ты сегодня позже.

Латышев обернулся и подошел ближе. Он еще не прошел рамку металлодетектора. На лацкане пиджака красовался бейджик с временным пропуском. Ему пока не успели сделать постоянный. Ольге, кстати, тоже — взамен изъятого. Пришлось ждать, пока найдут ее в списке и выдадут пропуск вместе с удостоверением.

— Оля, привет, — взял он ее за руку.

Женщина осторожно выпростала ладонь, и он понял, что это лишнее.

— Извини, — сказал он.

— Ничего. Ваня, все, — обратилась она к телохранителю. — До обеда меня не ждите.

— Хорошо, Ольга Борисовна, — кивнул Брилев и отошел.

Он мысленно срисовал коллегу хозяйки. Как-то слишком фамильярно вел себя этот красавчик. Такие нравятся женщинам. «Умница, интеллигент, отличник по жизни», — казалось, было написано у него на лице. Любимец публики. Душа компании. Репортер? Для работы на телевидении такая внешность вполне годилась.

Они знакомы, причем давно, пришел к выводу телохранитель. Надо понаблюдать.

Брилев уделял внимание всему, что так или иначе касалось вверенного ему объекта.

Ольга последовательно созвонилась со всеми филиалами и партнерами, составила расписание визитов и на этом успокоилась. Стали пить кофе.

Николаев зазвал их к себе в свой просторный, обставленный темной мебелью кабинет. Секретарша принесла кофе. Ольга сделала глоточек ароматной и черной, как грех, субстанции, спохватилась и попросила чаю.

— Что-то не так? — нахмурился директор.

— Мне нельзя, — машинально ответила женщина и осеклась.

Все, поздно. Слово не воробей.

— Вас можно поздравить? — вдруг улыбнулся седовласый мужчина и перевел взгляд на ее талию.

— Да, — сухо сказала она.

Ну, вот. Кто угодно знает — подруга, начальство, даже бывший. Но не муж. Стало как-то особенно горько от этого факта.

— Ну как вам вместе работается? — переключил свое внимание начальник на нового сотрудника. — Знаю, вы учились вместе.

— Благодарю вас, — улыбнулся пресс-секретарь. — Ольга Борисовна потихоньку знакомит меня с документами. С завтрашнего дня мы планируем посещать филиалы и знакомиться с клиентами на местах.

— Отлично! Пишите заявку на служебный автомобиль, я завизирую.

Сергей Васильевич не страдал излишней тягой к бюрократизму и не любил затягивать с организационными вопросами.

Заполнили бумаги на Латышева. Ольга не хотела вести машину. Конечно, беременность вождению не помеха, однако сидеть в вынужденной позе, все время жать на педаль газа и крутить руль без гидравлики она не желала.

Хватит с нее быть сильной женщиной. Наигралась. Пусть мальчики поработают. Отныне она просто пассажир.

Когда они спускались на лифте, зазвонил Ольгин смартфон. Номер был незнакомый. Она опять напряглась. Вдруг Изабелла?

— Что-то не так? — спросил Максим.

Они переглянулись: женщина затравленно, а мужчина настороженно.

— Ничего, — ответила она.

— Ответишь за звонок?

— Сейчас. Алло?

— Это Ольга Борисовна? — раздался в трубке мужской голос.

— Да. Кто это? Откуда у вас мой номер?

В миру она пользовалась корпоративной сим-картой. Настоящий номер, на который пришелся звонок, знали не все. Только самые близкие.

— У меня запись вашего поцелуя на балконе, — сказал незнакомец. — Нам надо встретиться. Ваш муж получит фото и видео, если вы откажетесь.

— Что?!

Мужчина отключился, не дожидаясь ее ответа. Коротко пиликнула входящая ЭсЭмЭска. Ольга открыла и увидела там назначенное место и время, а также сумму с пятью нулями. Не уточнялось, правда, в рублях или условных единицах. Безумие!

— Что? — спросил Макс, увидев, как она сначала покраснела от возмущения, а потом резко побледнела от страха.

Он попытался взглянуть на экран.

— Максим! Кажется, меня шантажируют.

Иван Васильевич Грозный ждал свою очередную «клиентку», как он называл дамочек из высшего общества, которые попались к нему на крючок.

Вероятно, отец Вани был большим шутником, раз назвал так сына, но он уже этого не узнает. Тот умер, когда сыну исполнился от силы год. Мать беспробудно пила, и мальчик рос, как сорная трава. В результате вырос озлобленный на весь мир парень. Ни с кем особо не дружил, в учебе ничем выдающимся не отличался, безумно боялся армии, но никуда не хотел поступать.

Жизнь несправедлива.

«Почему у кого-то все, а у меня ничего?» — снова и снова задавал он себе вопрос.

Завидуя более удачливым одноклассникам, он делал мелкие пакости, но это не приносило удовлетворения. Ведь что бы ни случилось с ними, Ване лучше от этого не станет. Он так и останется неудачником со смешным именем.