ЗИМА[ЛЕТО]. Книга 2 полностью

— Как послезавтра?!

У нее же в четверг визит ко врачу.

Накладочка вышла. В четверг она едет в область в филиал ЧОПа вместе с Латышевым, а после работы к гинекологу. Значит, придется Большакову обойтись без нее. Может, и к лучшему…

Ольга была не готова к новой встрече с «отцом». Ей теперь нельзя нервничать. Да и Борису лучше пока не знать, что Зимин замешан в этом деле. Хорошо, что он продал акции.

Дома их встретил звонкий собачий лай. Пекинес рыжей кометой скакал вокруг, радуясь, что хозяева дома. Ольга, поддавшись лени, снова отдала пса на выгул и пошла на кухню разогревать гостинцы.

Поужинали тем, что передала «для зятя» Ануш Багратуни. Зимин с его здоровым аппетитом наворачивал, а Ольга сидела рядом, пила ромашковый чай и смотрела. Ее вдруг стало интересовать все: как он улыбается и хмурится, как сидит, как лежат волосы, все характерные черточки и детали, которые унаследует их будущий ребенок. Интересно, каким муж был в детстве?

— Слав, у тебя есть детские фотографии? — спросила она. — Хочу посмотреть.

Он отложил вилку.

— Нет. Почему ты спрашиваешь?

— Интересно, — ответила она. — Как это нет фотографий?

Он же не сирота.

— Все альбомы остались у бати.

Аппетит у Зимина пропал. Отцу сейчас… шестьдесят четыре? Шестьдесят пять? Столько лет не виделись. Постарел, наверное.

Лет пять тому назад ему приснился сон, что они с отцом снова вместе на рыбалке, карасей на жареху добыли. Классно сидеть на рассвете, переговариваясь шепотом, чтобы не вспугнуть рыбу, и ждать, когда задергается удочка. Где-то в утреннем тумане ухает сыч. Потом настроение сна резко изменилось. Отец полез в болотных сапогах в самую глубь и завяз. Мирослав тянулся к нему, совал в руки удочку, потом палку, но достать не мог…

Мирослав проснулся в холодном поту и велел все разузнать.

С тех пор ему раз в год давали отчет. Все в порядке. Жив, здоров. Отец никогда не простит сына и не возьмет его «кровавых денег», но он живет на свете. Этого достаточно.

— Да там фигня всякая была, любительская, черно-белая, — сказал он, чтобы заполнить паузу. — То ли дело сейчас.

— Ну, Слав! — возмутилась она. — Как ты не понимаешь? Это же семейное фото.

— А… — сообразил он.

Понятно. Ольга начинает вникать в его жизнь, ей хочется все про него знать. Даже то, чего не было в личном деле. Особенно это. Как он рос, чем жил и дышал. Все нормально, так и должно быть у близких людей. Было бы странно, если наоборот.

Зимин отодвинулся вместе со стулом от стола.

— Иди сюда, — похлопал он себя по коленям.

Ольга охотно переместилась к нему, обняла за шею и затихла. Осталось только горячее дыхание у шеи и биение ее сердца. Он прижал жену к себе и ощутил покой.

Кажется, он начал привыкать, что женат.

Шантажиста отвезли за город, на тренировочную базу, и хорошенько допросили. Офис и квартиру в это время обыскали. Запись вместе со смартфоном и ноутбуком изъяли.

Крагин обнаружил внутри немало интересного. Например, некий депутат, про которого давеча было велено все разузнать, был замешан в махинациях по отмыванию государственных средств. Шантажист узнал об этом совершенно случайно, когда надавил на любовницу депутата, замужнюю особу, которая не могла откупиться деньгами. Супруг, скупой бизнесмен, денег не давал.

Вообще поразительно, насколько скрупулезно вел записи шантажист. Кто, сколько, когда, тема, доказательства вины, расплатился или нет, и особенно любопытная графа «наказание». Это для тех, кто не пошел на контакт и отказался платить.

Ему бы работать следователем или частным детективом, а не людей разводить на деньги.

«Не в коня корм».

— Мирослав Иванович, тут компромат на известных нам людей, — сообщил он.

Кажется, он позвонил не вовремя. Было слышно тяжелое дыхание и тихий женский смех. Потом все пропало, словно динамик закрыли рукой.

— Алло, да! — наконец ответил Зимин, скатившись с жены. — Что там? Только быстро.

Ольга улеглась набок, как восточная одалиска, оперлась на локоть и принялась накручивать локон на палец, бросая на мужа красноречивые взгляды. Зимин прижал трубку к уху и изо всех сил старался не смотреть, чтобы не отвлекаться. Но взгляд то и дело останавливался на плавных изгибах бедер с таинственной тенью между ними, на полушариях груди с темными торчащими сосками и на распухших от поцелуев губах.

— Много информации на депутата, — доложил Крагин.

— Серьезной?

— Очень, — многозначительно ответил начальник службы безопасности.

— Ясно. Утром мне доклад на стол.

Понятное дело, не телефонный разговор. Интересно, что там. Вот бы их конкретно прижать с тендером! Если надавить на депутатского сынка через отца, тут без вариантов. Кузин лишится поддержки в администрации города. Дальше просто.

От этих мыслей его отвлекли самым приятным образом. Женские пальцы пробежались по крепкому мужскому прессу и спустились ниже, сжимая и лаская стремительно твердеющую плоть.

— Извини, — сказал Зимин. — Срочное дело.