Отца пригласили посетить отдел радиоразведки на военно-морской базе, известной как «Станция HYPO». Как член комитета сената по международным отношениям, сенатор Дьюар имел доступ ко многим военным тайнам и уже побывал в штабе радиоразведки в Вашингтоне, кодовое название которого было «Op-20-G».
Чак заехал за ним в гостиницу на служебном автомобиле, лимузине «паккард ле барон». Отец был в белой соломенной шляпе. Когда перед ними открылся вид на бухту, он присвистнул.
– Флот Тихого океана! – сказал он. – Прекрасная картина.
Чак был согласен.
– Есть на что посмотреть, правда? – сказал он. Корабли действительно красивы, а особенно военные корабли Соединенных Штатов: все выкрашено, отдраено, начищено до блеска. Чак обожал флот.
– И все корабли стоят ровно, как по линеечке, – восхитился Гас.
– Мы называем эту стоянку «ряд линкоров». У острова пришвартованы «Мэриленд», «Теннесси», «Аризона», «Невада», «Оклахома» и «Западная Виргиния», – линкоры получили имена в честь штатов. – Еще в бухте находятся «Калифорния» и «Пенсильвания», но отсюда их не видно.
Моряк, стоявший на часах у главных ворот верфи, узнал служебную машину базы и сделал им знак проезжать. Они подъехали к базе подводных лодок и остановились на автостоянке за старым зданием администрации, где располагался штаб. Чак повел отца в недавно открытое новое крыло.
Их ждал капитан Вандермейер.
Вандермейера Чак боялся больше всего. Тот Чака терпеть не мог, а о его тайне догадался. Он всегда звал Чака неженкой и размазней. При малейшей возможности он его выдаст.
Вандермейер был низкий и толстый, у него был скрипучий голос и плохо пахло изо рта. Он приветствовал Гаса и пожал ему руку.
– Добро пожаловать, сенатор, – сказал он. – Мне выпала честь показать вам отдел разведки связи 14-го военно-морского округа. – Для группы, следящей за радиосигналами флота Японской империи, специально было выбрано такое неопределенное название.
– Благодарю вас, капитан, – сказал Гас.
– Сначала, сэр, позвольте предупредить. Это неофициальная группа. Такой работой часто занимаются люди эксцентричные, и они не всегда одеты по уставу. Офицер, возглавляющий отдел – коммандер Рошфор, – ходит в красном бархатном пиджаке… – И Вандермейер усмехнулся, словно говоря «между нами, мужчинами». – Может показаться, что он выглядит как какой-нибудь чертов гомик.
Чак сделал над собой усилие, чтобы и глазом не моргнуть.
– Больше я ничего говорить не буду, пока мы не окажемся в безопасной зоне, – сказал Вандермейер.
– Хорошо, – сказал Гас.
Они спустились по лестнице в подвал, пройдя по дороге через две запирающиеся двери.
Станция «HYPO» представляла собой освещенный светом неоновых ламп подвал без окон, в котором находилось человек тридцать. Кроме обычных столов и стульев здесь были огромные морские карты, стойки экзотических принтеров, устройств для сортировки и машин для сверки данных; были и две койки, где спали криптаналитики во время своих марафонов дешифровки. Некоторые были аккуратно одеты по форме, но другие, как и предупреждал Вандермейер, носили потрепанную гражданскую одежду, были небриты, а судя по запаху – и немыты.
– Как у всех флотских, у японцев много разных шифров: для менее секретной информации – вроде прогноза погоды – самые простые, а самые сложные приберегают для информации, требующей высочайшего уровня секретности, – сказал Вандермейер. – Например, для позывных, чтобы опознать отправителя и получателя сообщения, используют самый примитивный шифр, даже если само послание зашифровано шифром высокой сложности. Шифр для позывных они недавно сменили, но мы раскололи новый за несколько дней.
– Очень впечатляет, – сказал Гас.
– Но определить, откуда идет сигнал, можно и с помощью триангуляции. Получив позывные и данные о расположении, мы можем воссоздать вполне хорошую картину, где именно находится большинство кораблей японского флота, даже если и окажемся не в состоянии прочитать их сообщения.
– Значит, мы знаем, где они и куда направляются, а какие у них приказы – нет? – сказал Гас.
– Зачастую бывает и так.
– Но если бы они захотели от нас спрятаться, им было бы достаточно молчать в эфире.
– Это правда, – сказал Вандермейер. – Если они будут идти молча, то вся наша работа здесь бесполезна и мы в глубокой заднице.
Подошел человек в смокинге и теплых домашних тапочках, и Вандермейер представил его как начальника отдела.
– Коммандер Рошфор отлично знает японский язык, а кроме того, он – прекрасный дешифровщик, – сказал Вандермейер.
– Мы успешно расшифровывали основной шифр японцев, – сказал Рошфор, – как вдруг несколько дней назад эти сволочи его сменили, и вся наша работа – псу под хвост.
– Капитан Вандермейер мне рассказывал, – сказал Гас, – что вы можете многое узнать даже без прочтения сообщений.
– Да, – и Рошфор подошел к карте, показывая. – В настоящее время большая часть японского флота покинула свои территориальные воды и направляется на юг.
– Плохой признак.
– Несомненно. Но скажите мне, сенатор, какими вам представляются намерения японцев?
