Зима Скорпиона полностью

Скорпион сделал глубокий вдох и, оттолкнувшись, коротким прыжком перебрался на другое окно. Носок его ноги встал на карниз, кончиками пальцев он ухватился за косяк рамы. Какое-то мгновение его пальцы скользили, он чувствовал, что падает, но все же сумел крепче вцепиться в раму. Присев, он заглянул в комнату. Гаврилов смотрел на дверь. Резким движением Скорпион открыл раму и направил пистолет на Гаврилова, который обернулся на звук.

— Тихо, — прошептал Скорпион по-русски и пистолетом указал Гаврилову, чтобы тот поднял руки. Гаврилов начал что-то говорить, но Скорпион уже вскочил в комнату.

— Закрой окно, — приказал он Гаврилову по-английски и ощупал его, когда тот проходил мимо него.

Гаврилов закрыл окно и обернулся.

— Вы? — его глаза расширились.

— Позвони своему человеку у лифта и скажи, чтобы он пришел сюда. Тебе нужна чья-нибудь помощь. И помни, я говорю на русском.

— Паршивый у тебя русский.

— Верно, но если ты скажешь что-нибудь не то, я убью тебя.

Скорпион видел, что Гаврилов пытается соображать, его глаза метались. Он сопоставлял факты и, видно, понял, что Скорпион вышел на Ли Цяна.

— Чего ты хочешь? — спросил Гаврилов.

— Зови своего человека, — сказал Скорпион, подойдя вплотную и уперев дуло глушителя в голову Гаврилова. Гаврилов вынул телефон и позвонил. Очень скоро раздались два негромких стука в дверь, а за ними два более сильных. Скорпион встал возле двери и кивнул Гаврилову. Тот подошел и открыл дверь.

— Осторожно! — крикнул Гаврилов, но было уже поздно. Скорпион приставил свой Glock к голове телохранителя, а другой рукой вывернул пистолет из его руки. Одновременно он пинком закрыл дверь, ударил под колени телохранителя, вынудив его согнуться, и бросил его лицом на пол.

— Не двигаться! — сказал он ему и взглянул на Гаврилова, который начал отступать назад. Взгляд Скорпиона остановил его. Держа обоих под прицелом пистолета, Скорпион схватил свой рюкзак, достал пластиковые путы и, действуя одной рукой, связал сначала ноги телохранителя, а потом и его руки за спиной. Он поднялся. Гаврилов не сводил с него глаз.

— Тебе не следовало делать этого, — сказал Скорпион, выкручивая Гаврилову руку и одновременно держа пистолет прижатым к его голове. Он заставил Гаврилова сесть на пол и пинками раздвинул его ноги.

— Помни, ты должен молчать, — сказал он и что есть силы ударил его между ног.

— Ой-й-й! Сукин сын, — взвыл Гаврилов.

— Ты даже не представляешь себе какой, — ухмыльнулся Скорпион. Он вернулся к телохранителю и залепил ему клейкой лентой рот, глаза и уши.

— Зови второго, — приказал он Гаврилову.

Держась одной рукой за причинное место, тот выполнил приказ. Через несколько минут оба связанных телохранителя были связаны еще и вместе, лицом к лицу, чтобы они не могли помочь друг другу руками. После этого Скорпион взял Гаврилова за руку и отвел в соседний номер. Гаврилов на каждом шагу стонал от боли. Когда они вошли, Скорпион связал Гаврилову руки за спиной и усадил его на пол так, чтобы он спиной опирался о кровать, а сам сел на стул лицом к Гаврилову.

— Теперь мы можем поговорить, — сказал он.

— Чего ты хочешь, журналист? — спросил Гаврилов, выплюнув это слово, как ругательство.

— Кто убил Черкесова?

— Откуда мне знать? — пожал плечами Гаврилов.

— Пятов был болваном, которого вы использовали, чтобы подставить Ирину Шевченко и меня и тем не дать Кожановскому победить на выборах. Хотя это могли быть и не вы. Ведь Россия хотела, чтобы президентом стал Черкесов.

— Это могли быть китайцы.

— Скажи что-нибудь посвежее, эта песня уже устарела, — сказал Скорпион. — Китайцы не будут рисковать, им не нужна война. Во всяком случае, из-за газопровода, который в любом случае пройдет по территории России. Так кто же сделал это? Кто мог больше всего выиграть от убийства Черкесова?

— ЦРУ. Вы ищете убийцу? Посмотрите в зеркало, — теперь ухмыльнулся Гаврилов.

— Американцам война в Европе нужна не больше, чем китайцам, — покачал головой Скорпион и направил пистолет на Гаврилова. — Хватит болтать, говори, кто убил Черкесова, или я убью тебя.

— Хоть убей, не скажу, — ответил Гаврилов, сложив руки на груди.

— Даже если я сообщу в Ясенево о деньгах, которые Гуанбу кладет на счет в банке «Правэкс»?

Гаврилов смотрел на него с изумлением. Скорпион видел, что его руки затряслись.

— Это забота уже не СВР, и пулей в затылок дело может не обойтись, правда? Это уже дело ФСБ, кретин, — сказал Скорпион.

— Я не знаю.

— Ответ неправильный, — покачал головой Скорпион. — Все сведения об убийстве шли от тебя. Куда бы я ни повернул, стрелка компаса указывала на тебя.

Скорпион поднялся. Настало время пустить в ход козырную карту.

— Пора кончать. Связаться мне с Шахматистом? — спросил он, имея в виду легендарного куратора ФСБ.

Скорпион ждал, пока Гаврилов оценит всю картину. ФСБ ненавидело ЦРУ еще сильнее, чем ЦРУ ненавидел Гуанбу. Он хотел, чтобы Гаврилов представил себя на допросе на Лубянке. Особенно по поводу китайских денег.

— Чего вы хотите, мистер? — спросил наконец Гаврилов.

— Правды. Кто убил Черкесова?